Главная | Вверх | Об авторах | О Воронеже | Новости | Информационный джихад | Календарь | Священный Коран и другие книги | Теология | Как принять ислам | Историческая | Аналитика | Поэзия | Проповеди | Для детей | Ссылки | Контакты | Гостевая Книга | Карта сайта

Изабелла - девушка из мусульманской Испании

Вы также можете скачать PDF версию данной повести, щелкнув по этой ссылке.

Книга известного автора многих трудов по исламскому призыву Яхья Эмерик о девушке, воспитанной в традициях католицизма и неожиданно очарованной красотой и гармонией Исламского вероучения, содержит в себе поучительную историю о преодолении человеком стереотипов, навязываемых обществом, и об истинном стремлении человека к познанию Бога. В книге описан путь главной героини, - молодой девушки, дочери кардинала Кордобы, - от случайно услышанного в саду разговора мусульман до принятия Ислама. Также приведены серьезные богословские диспуты, раскрывающие некоторые противоречия христианской мысли. Несмотря на давность описываемых автором событий, многие освещаемые проблемы не лишены актуальности, а пример их разрешения в каждом частном случае и по сей день заключается в следовании Корану и Сунне Пророка Мухаммада (мир ему и благословение). 

Глава I. Сад

- Я надеюсь, никто не видит нас, Роза!

- Не волнуйся, - ответила Роза. - Нас точно еще не заметили.

Две подружки, Роза и Мария, быстро свернули на улицу, ведущую к дому Изабеллы. Они прошли мимо уличных торговцев хлебом, бижутерией и одеждой, но даже не остановились, чтобы купить что-нибудь. Достигнув главных ворот, подруги вошли в них и тут же увидели Изабеллу, шедшую им прямо навстречу.

- Здравствуй, Изабелла!

- Здравствуй, Роза! Привет, Мария! - Она махнула рукой в сторону дома. - Мои уроки на сегодня закончились. Пойдемте!

Подруги покинули двор и направились вниз по улице к весьма необычному месту – Саду Джунайна в Кордобе.

- Я надеюсь, мы доберемся до нашего тайника раньше, чем придут садовники, - сказала Изабелла.

Спустя несколько минут, они достигли входа в парк и быстро направились к своему секретному месту.

Сад Джунайна был известен своей необыкновенной красотой: разноцветными цветочными клумбами, низко свисающими ветвями деревьев и удобными скамейками вдоль широких аллей. Яркие цвета и нежные ароматы свежих роз, фиалок и зеленых листьев сливались в гармонии в благоуханное дыхание сада. Несколько маленьких фонтанов, расположенных на равном расстоянии друг от друга, были для прохожих постоянным источником освежающей влаги.

Каждое утро из сада доносилось разноголосое пение птиц. Здесь также обитало множество диких животных. Белки и мелкие млекопитающие давно приучили посетителей сада к своему присутствию. Днем можно было видеть, как они снуют с места на место, поглощенные своими тайными делами, устремляясь в тень или выпрыгивая на свет. И хотя сад занимал всего несколько дюжин акров в конце города, многие люди говорили, что он похож на кусочек Рая, возродившийся на земле.

Три девушки шли рядом и разговаривали о своих скучных домашних учителях и о покупках на рынке.

Изабелла, шедшая в центре, была стройной девушкой шестнадцати-семнадцати лет. На ней было легкое голубое одеяние, которое окутывало ее плечи и ниспадало сзади в виде шали. Ее золотисто-каштановые волосы средней длины, по цвету похожие на слиток светлого золота, окутывали ее плечи. Из-за ее природной красоты некоторые называли ее даже ангелом, и многие молодые люди просили ее руки. Но ее отец, кардинал Кордобы, категорически отказывал всем. Он решил, что дочь должна последовать примеру Девы Марии. Со временем он хотел отправить ее в монастырь[1], пока же Изабелла должна была изучать религию, чтобы у нее было меньше свободного времени.

Рядом с Изабеллой шли две ее самые близкие подруги - Мария и Роза. Мария всегда носила темно-голубые платья, все говорили, что это ее цвет и он ей к лицу, а Роза была одета в белое одеяние, завернутое на манер шали, как у Изабеллы.

Стук их кожаных туфель с деревянными подметками эхом отдавался от булыжников. Все трое любили поболтать, поэтому часто встречались в саду. Несколько минут девушки шли по главной аллее, а затем свернули на боковую дорожку. Они остановились на минуту посмотреть на дворец Амира, расположенный на противоположной стороне реки, которая текла вдоль восточной части парка. Наслаждаясь прекрасным видом, каждая из девушек подумала о своем, погрузившись на мгновение в собственные мысли.

Достигнув группы деревьев в белом цвету и убедившись, что за ними никто не следит, девушки зашли за деревья и быстро пробрались в густые заросли ежевики. Внутри этих не проходимых на вид кустарников находилось открытое пространство около шести футов в диаметре. Об этом месте никто, кроме них, не знал, даже садовники.

Девушки обнаружили это место случайно, однажды услышав странные звуки, доносившиеся из-за кустов. Влекомые этими звуками, они обнаружили в зарослях ежевики маленькую лазейку, пробравшись через которую они и увидели это небольшое пространство. В этом крохотном убежище девушки тогда нашли кошку и трех маленьких котят. Каждой девушке досталось по одному котенку.

С тех пор девушки часто посещали свой потаенный уголок. И на этот раз подруги, расстелив небольшой кусок ткани, который принесли с собой, намеревались, было уже начать серьезный разговор, как вдруг услышали голоса.

- Ш-ш-ш. Тихо, - шепнула Мария остальным. - Кто-то рядом.

- Думаешь, это садовники? - спросила Роза. - Если они найдут нас здесь, мы попадем в большую беду, - сказала Изабелла.

Девушки осторожно выглянули из-за кустов, чтобы посмотреть, кому принадлежат эти голоса. И увидели в пяти ярдах от себя двух мужчин, сидевших на серой каменной скамье. Один из них был похож на шейха, исламского ученого, так как у него была длинная борода и белое покрывало, свободно лежавшее на волосах. Другой был молодым человеком, вероятно, купцом, - на нем была хорошая одежда, и он носил аккуратно подстриженную бороду.

- Давайте послушаем, о чем они говорят, - прошептала Роза.

Девушки сели поближе друг к другу и услышали голос молодого человека, который заговорил первым:

- Павел написал в одном из своих писем, что религиозные заповеди - проклятие, а Иисус[2], может быть, был благословлен, чтобы освободить людей от этого проклятия[3]. Как ты думаешь, что это значит? - спросил купец.

Шейх засмеялся:

- Умар, ты хочешь, чтобы я ответил тебе, когда даже христианские священники...

Глаза Изабеллы расширились, когда она услышала о священниках:

- Должно быть, мусульмане разговаривают о нашей религии, - прошептала она с волнением. - Давайте послушаем.

- С тех пор, как появились мусульмане, наша религия в опасности, - сказала Мария.

- Ш-ш-ш, - прервала ее Изабелла. - Давай послушаем, что они скажут.

- Шейх Самир, - продолжал Умар, - ты сказал, что христианские священники даже не понимают нас. Неужели это значит, что они исповедуют свою религию, даже не понимая ее?!

Шейх поправил покрывало на голове и сказал:

- Задай этот вопрос какому-нибудь известному священнику и послушай, что он скажет. Но сначала расскажи мне, какая самая важная проблема, о которой говорил Павел?

Умар изменил позу и ответил:

- Я больше не нашел никакой проблемы в его письме. Я просто хочу понять концепцию. С тех пор, как ты разговаривал с христианскими священниками несколько раз, я надеялся, что ты объяснишь ее мне. Вот что я хочу знать: если религиозные заповеди – проклятие, и Пророк Иса (мир ему) пришел, чтобы освободить людей от этого проклятия, неужели это значит, что воровство, ложь и прелюбодеяние позволительны для христиан, потому что им больше не нужно следовать Божьим законам?

- Подожди, - перебил его Самир. - Как воровство, ложь и все остальное, сказанное тобой о религиозном законе, может быть проклятием? Я не согласен с тобой.

- Христианские писатели описывают заповеди, которые запрещают воровство, убийства и все виды грехов, но, если эти заповеди действительно являются проклятием, было бы неправильно следовать им, так как они прокляты! Если то, что сказал Павел, верно, то освобожденным христианам больше не будут препятствовать совершать эти грехи, так как они свободны от Божьих заповедей. Но, как видите, христиане похожи на нас, ибо они высказываются против грехов, и все еще продолжают следовать религиозным заповедям. В таком случае, либо они имеют неверное представление о миссии Пророка Иисуса (мир ему), либо они лицемерят.

Самир глубоко вздохнул и улыбнулся:

- Забавно... Ты хочешь, чтобы я объяснил то, чего не могут объяснить христиане.

- У тебя когда-нибудь возникали вопросы к христианам? - спросил Умар. – И как они отвечали?

- Чаще всего они пытались оправдаться с помощью какой-нибудь бессмыслицы, или делали вид, что они в недоумении, и рассказывали о тайне и вере.

Минуту собеседники сидели молча. На расстоянии можно было услышать призыв на вечернюю молитву. Оба шепотом повторяли слова азана[4], пока призыв не закончился. Затем они поднялись и неторопливо направились в сторону ближайшей мечети.

Изабелла, в отличие от подруг, со всей серьезностью отнеслась к беседе двух незнакомцев, так как она интересовалась теологическими вопросами и чувствовала, что за словами говорившего скрывается нечто очень важное и весомое.

Она лихорадочно пыталась осмыслить, а что бы сказала она, если бы ее спросили о том же, о чем спросил купец шейха. Но так и не смогла найти вразумительный ответ, который удовлетворил бы ее.

Все еще поглощенные услышанным разговором, подруги вышли из сада.

Изабелла решила посоветоваться с отцом. Она попрощалась с подругами на перекрестке и в сумерках отправилась к своему дому, который находился в северной части города.

Глава II. Вопрос

Изабелла шла медленнее, чем обычно, и, наконец, достигла предместий христианского квартала в городе. Прогулки вечером не представляли опасности - улицы были широкими и хорошо освещались. Мусульманское правительство заботилось о красоте и благоустройстве города по последнему слову новейших технологий, на внедрение которых здесь не жалели средств из городской казны.

Изабелла остановилась на минуту, чтобы посмотреть, как падает листок в свете одной масляных ламп, заключенных в стекло. Понимая, что ей нужно серьезно подумать над услышанным, Изабелла решила сегодня не приглашать друзей и направилась прямиком домой.

Она вошла в каменную арку ворот большого особняка, который принадлежал ее отцу, и быстро пересекла маленький двор. Возле двери ее робко приветствовала служанка. Изабелла пробурчала что-то в ответ и поднялась по лестнице, которая вела в ее комнату. В комнате она погрузилась в широкое кресло, положила ноги на табуретку и начала лениво листать книгу, которая лежала поблизости.

Вскоре служанка принесла на подносе ужин и, поставив его на маленький столик перед Изабеллой, быстро ушла. Но Изабелла была настолько поглощена книгой, что поблагодарила служанку только жестом.

Изабелла изучала написанное Апостолом Павлом в Новом Завете, сосредоточив все свое внимание на дискуссии о религиозных заповедях, как о проклятии. Перечитывая изложенное в книге снова и снова, она так и не смогла найти приемлемого ответа на вопрос, что так мучил ее[5].

После нескольких часов глубоких раздумий Изабелла устала и решила утром расспросить отца. Безусловно, решила она, что он сможет все объяснить, ведь он был самым известным священником в городе, кардиналом, уважаемым за знания человеком. Почувствовав небольшое облегчение, Изабелла поужинала фруктами и сырами и легла спать.

Следующий день был воскресным, и Изабелла приготовилась к Мессе[6]. Роза, Мария и несколько других друзей зашли за Изабеллой, и, освещенные чудесными солнечными лучами, они направились к главному кафедральному собору.

Позднее, тем же днем, когда закончилась служба, Изабелла встретилась с отцом в его кабинете. Он был рад видеть дочь и спросил, какие главы из Библии она прочла вчера вечером. Он очень гордился умом дочери и был уверен, что она однажды станет главной аббатисой или религиозным деятелем монастыря.

Изабелла поцеловала его руку и сказала:

- Отец, я читала главу 4, «Послания к Римлянам», и, если ты позволишь, я хотела бы задать тебе вопрос о проблеме, решения которой я не смогла найти.

Кардинал откинулся на плетеное кожаное кресло и улыбнулся:

- Конечно, дитя мое. Спрашивай, я помогу тебе разрешить твою проблему.

Изабелла собралась с мыслями и начала говорить:

- Господь Бог послал нам десять заповедей в Старом Завете через пророка Моисея. Являются ли они религиозными заповедями?

- Да, это Божественные заповеди, по которым должен жить каждый человек, чтобы избегать пороков.

- Но в одном из своих писем Святой Павел написал, что религиозные заповеди - проклятие.

- Да, религиозные заповеди - проклятие.

Изабелла остановилась на мгновение, затем продолжила:

- Итак, религиозные заповеди - проклятие, и Иисус Христос пришел, чтобы умереть и спасти нас от этого проклятия. Неужели это значит, что все эти религиозные заповеди - грех?

Кардинал поправил свою черную сутану и почесал затылок:

- Конечно, религиозные заповеди являются проклятием. Вместо того, чтобы думать о религиозных заповедях, христианам следует верить в Христа. С тех пор, как Иисуса распяли за грехи людей, религиозные заповеди больше не служат нашему спасению.

- Итак, нам разрешается воровать? - робко спросила Изабелла.

Кардинал заволновался и зло ответил:

- А что нам делать с религиозными заповедями! Дитя мое, тебе следует хорошенько думать, прежде чем задавать такие вопросы. Кто-нибудь подумает, что ты глупа.

Изабелла отстранилась от отца и постаралась держаться уверенно в присутствии такого важного лица.

- Прости меня, - сказала она отцу, - Я не достаточно ясно выразилась. Вот что я имела в виду: заповеди, которые, как ты согласился, являются религиозным законом, гласят, что мы не должны воровать, убивать, ослушиваться родителей и так далее. Святой Павел назвал это религиозным законом и, как часть этого, проклятием. Итак, означает ли это, что не исполнять все десять заповедей, в которые входит не воровать, не убивать или не ослушиваться родителей, - грех.

- Дитя мое, - сказал снисходительно кардинал, - ты еще не поняла значения религиозных заповедей. Если мы верим в Христа, то, согласно религиозному закону, нас не будут судить по заповедям.

- Но, веря в Христа, мы нуждаемся в заповедях, как в руководстве и очищении, потому что любой знает, что Христос жил по этим заповедям, не так ли?

Кардинал не на шутку разозлился на дочь за то, что она осмелилась задавать ему подобные вопросы:

- Кто навел тебя на такие глупые мысли? Какой дьявол заронил сомнения в твою душу?

Изабелле хотелось убежать в свою комнату, но она не посмела. После недолгого молчания она робко рассказала о беседе, которую с подругами услышала в саду.

Когда она закончила, отец немного успокоился и сказал:

- Дитя мое, эти проклятые мусульмане - неверующие люди, они никогда не уважали нашу религию. Критика христианства - результат наущений дьявола. Дитя мое, тебе следует немедленно покаяться и больше никогда не слушать разговоры мусульман. Им не нужна правда, они умаляют веру других людей. Знаешь, на чем строится их религия? Им позволяется проливать кровь за веру. Ты только посмотри: в то время, когда был жив мой дедушка, они вторглись в нашу любимую Испанию, а теперь и вовсе пытаются навязать нам свою религию. Сейчас я полностью уверен, что это мусульмане вбили в твою голову такие мысли. Но, если ты сама поразмышляешь над ними, ты не придашь им серьезного значения. Итак, как я могу обращаться к мусульманам? Оставь меня и серьезно подумай над своими ошибками.

Изабелла тихо извинилась и покинула гостиную. Ей стало стыдно, что она расстроила отца. Но у нее появилось новое чувство, которое она не могла описать. Ее любопытство осталось неудовлетворенным. Изабелла не получила ответа на важный вопрос, ее вера пошатнулась. Она остановилась на минуту в длинном коридоре. Сейчас ей казалось, что она впервые смотрит на стены и картины дома. Она не знала, что с этим делать.

На следующий день Изабелла обратилась с этим же вопросом к одному из домашних учителей. Ему также не удалось ответить на него, он извинился, промямлив что-то о покаянии и о крови на распятии. Изабелле даже показалось, что прозвучало негативное замечание по поводу женщин из его уст, но она решила поставить это под сомнение. Сейчас она понимала, что не может решить эту дилемму из-за недостатка знаний, но, внутренне ощущала, сколь важен для нее этот вопрос. Ее начали одолевать скептицизм и сомнения.

Глава III. Письмо

Несколько дней спустя Изабелла и обе ее подруги, Роза и Мария, вновь встретились в тайном месте в саду. Солнце стояло высоко в зените и согревало город широкими лучами. Мария начала было говорить о том, какой чудесный день выдался сегодня, как вдруг заметила сквозь кусты двух мусульман, беседу которых они слышали раньше, во время своего предыдущего пребывания в саду.

Двое незнакомцев приблизились к той же самой серой скамейке и неторопливо сели на нее.

Сегодня на Умаре, купце, была надета красивая хлопковая одежда зеленого цвета с богатой вышивкой. Шейх Самир был одет, как в прошлый раз. Девушки одновременно затихли, придвинулись поближе к зарослям тайника и стали прислушиваться.

- Сегодня я услышал кое-что интересное, - сказал Умар.

- Что же? - спросил Самир.

- Помнишь, несколько дней назад мы говорили о религиозных заповедях и послании Святого Павла?

- Да, - кивнул Самир.

- Кажется, среди священников начались волнения по этому поводу. Говорят, что даже кардинал замешан в этом. Я не раз слышал, что некоторые, особенно влиятельные христиане, очень огорчены тем, что появился вопрос, на который невозможно найти ответ.

- Может быть, это просто случайное совпадение? Я не знаю никого, кто мог бы рассказать об этом христианам. Кто мог услышать наш разговор?

- Я также не могу этого объяснить. Я только знаю, что священники провели несколько собраний, и церковь пытается найти ответ. Эти новости я узнал от своих христианских компаньонов, которым можно доверять.

Самир поднялся, ухмыльнулся и сказал:

- Одно только возражение заставляет этих священников волноваться! Аллах, самый мудрый, знает, что вера большинства христиан нелепа. Они как один говорят: из-за того, что Адам согрешил, все люди – ты, я, моя мать и все остальные – являются грешниками изначально, (то есть, имеют врожденный грех). Я спрашиваю тебя, имеет ли эта вера какое-либо логическое оправдание или справедливость? Они также говорят, что Иисус, мир ему, был божеством и пришел на землю, чтобы умереть за грехи Адама. Они все еще отказываются верить, что только Бог может прощать грехи, когда захочет и кому хочет. Они действительно идут против Всевышнего, говоря о Нем подобное и представляя Его слабым. Если кто-нибудь из христиан сможет прийти и ответить на этот вопрос, то пусть приходит!

Умар разразился добродушным смехом:

- Если бы христиане не верили в этот абсурд, кто бы еще верил? Каждый может понять логику и причины, но должен же быть кто-нибудь, кто говорит нелепость. Если бы христиане доказали мне, что следовать заповедям Господа - проклятие, я бы не сомневался ни минуты!

Самир снова сел на скамейку:

- Может быть, мы используем эти волнения для того, чтобы наставить несколько заблудших людей на путь Истины. Думаю, это отличная возможность для давата (распространения Ислама).

- Да, это хорошая идея, - подтвердил Умар. - Давай напишем большими буквами на бумаге все теологические странности христианства.

- Да, отлично. Тогда мы сможем раскачать самые корни Испании.

Изабелла с подругами тихо слушали разговор, но не могли сдержаться, чтобы не щелкнуть пальцами и не сжать при этом нервно кулаки. Наконец, Изабелла потеряла терпение и шепнула девушкам:

- Мы должны опровергнуть их утверждения и сделать все возможное, чтобы убедить их в правдивости нашей религии. Может быть, наш Господь Иисус Христос обратит их в нашу веру.

Роза, волнуясь, сказала:

- Если мы переубедим этих мусульман, это будет величайшая победа христианства.

Мария вставила:

- И мусульмане больше никогда не поднимут головы в этой стране.

Девушки соединили руки, прошептали молитвы по четкам и короткие молитвы Святой Марии и другим Святым. Несколько минут спустя Роза спросила Изабеллу:

- Эти неверные - горячие головы. Как же они смогут уйти от Сатаны и взять за руку Господа Иисуса? Ты знаешь, что даже священники боятся говорить с ними о религии.

Мария сказала:

- Вчера, когда я разговаривала с домашним учителем о религиозных заповедях и послании Святого Павла, он просто проигнорировал меня и сказал, что не нужно обращать внимание на разговоры мусульман. Почему мусульмане становятся немного надменными, когда даже наши священники и интеллектуалы отворачиваются от них?

Изабелла немного подумала и ответила:

- Может быть, наши священники просто не хотят разговаривать с этими неверующими. Но в любом случае, неужели их молчание означает, что они не могут решить этот вопрос? Если бы они были уверены, что мусульмане обратятся в христианство после того, как будут опровергнуты их убеждения, я уверена, что они захотели бы встретиться с ними.

Мария кивнула:

- Да, пусть мусульмане напишут бумагу и встретятся с нашими священниками. Тогда священники будут вынуждены поговорить с мусульманами, и мусульмане примут нашу веру.

- Хорошо придумано, - сказала Изабелла, - думаешь, мусульмане согласятся на это?

- Почему нет? - ответила Роза. - Посмотри, что мы сейчас услышали от них.

- Тогда не будем ждать. Давайте сейчас же напишем им, чтобы они приготовились к встрече с нашими священниками. Я напишу им записку, а кто-то из нас отнесет ее им.

Изабелла достала из своей сумки листок бумаги, герметически закрытый пузырек с чернилами и гусиное перо для письма.

Мария придвинулась, когда Изабелла приготовилась писать:

- Как ты думаешь, нам следует сначала спросить священников? Что, если они откажутся?

- Если мусульмане согласятся принять христианство, когда им докажут, что они заблуждаются, наши священники не откажутся встретиться с ними, - сказала Изабелла.

Затем она написала следующее:

Уважаемые мусульмане!

Пожалуйста, простите меня. Я услышала ваш разговор, так как по воле случая находилась неподалеку. Так как я также интересуюсь теологией, молюсь, что вы не будете возражать против вмешательства в вашу беседу. Вы только что сказали Вашему товарищу, что если вопросы религиозного проклятия были бы грамотно Вам объяснены, Вы бы обратились в христианство. Как покорные слуги Иисуса Христа, мы с радостью принимаем ваш вызов, в случае, если вы письменно подтвердите свое согласие.

Покорная Христианка.

Мария взяла письмо и, выйдя из кустов, пошла по направлению к мусульманам. Она осторожно обошла цветы, пока не добралась до ближайшей аллеи. Пройдя вдоль зарослей, она уверенно подошла к мужчинам. Без слов Мария отдала записку удивленному Умару.

Умар прочел записку, взглянул на девушку и отдал письмо Самиру. Пока Самир читал, Умар начал искать в сумке бумагу для письма. Шейх закончил читать письмо и отложил его в сторону.

- Это твое письмо, юная девушка? - спросил он.

- Нет, я только передала его, - беспристрастно ответила Мария.

Когда Умар написал ответ, он отдал записку Марии, и девушка быстро ушла. Когда она вернулась к подругам, девушки от волнения не смогли быстро раскрыть письмо. Вот что там было написано:

Уважаемая незнакомка!

Мы благодарим Вас за приглашение, и если ваши старейшины объяснят, почему религиозные заповеди - проклятие, я заверяю Вас, я первым приму вашу религию. Напишите, когда и где состоится беседа.

Покорный слуга Ислама, Умар Абдул Хаким.

Изабелла написала еще одну записку, в которой было сказано:

Я сообщу Вам завтра в этот же час и в этом же месте.

Покорная Христианка.

После того, как Мария передала записку и вернулась, взволнованные девушки покинули сад. Они решили, что Изабелла поговорит со священниками, ведь ее отец - кардинал. Подруги попрощались и разошлись по домам.

Изабелла решила встретиться с одним из своих любимых пожилых учителей, монахом Михаилом. Он был очень набожным священником, и Изабелла любила его за веселый темперамент и светлый взгляд на жизнь.

Однажды он так громко засмеялся на собрании, что кардинал осудил его и принудил вернуться к жизни покорного монаха. Отец Изабеллы, теперешний кардинал, освободил его от должности учителя своей дочери после того, как узнал, что Михаил недостаточно строг с Изабеллой.

Домохозяйка приветствовала девушку и быстро отвела ее к монаху. Он был полным мужчиной, короткая жесткая борода обрамляла его доброе лицо. Он носил легкую коричневую рясу, соответствующую его сану.

- Чем я могу быть полезен тебе, дитя мое? - любезно спросил монах.

Изабелла опустилась в стоящее поблизости кресло и рассказала ему о том, что задумала. Монах внимательно слушал, а когда Изабелла закончила, рассмеялся:

- О, Изабелла! Ты - самый дикий шторм, с которым не справятся ни мужчины, ни священники. Я недостаточно хорошо осведомлен, чтобы ответить на твой вопрос, но могу сказать, что твой план полон энергии и смелости.

Изабелла благодарно улыбнулась. По крайней мере, хоть один взрослый человек поверил ей.

После небольшой беседы монах согласился рассказать о плане Изабеллы нескольким выдающимся теологам, с которыми он должен был встретиться на следующий день в полдень. Он также уверил девушку, что постарается организовать встречу с мусульманами в то же время два дня спустя.

Затем монах проводил девушку к двери. Но перед тем как уйти, Изабелла крепко обняла его, монах ответил ей тем же, и она быстро побежала по улицам домой.

Изабелла почти не спала в ту ночь. Ее постоянно посещали мысли о том, что что-то может пойти не так. Что, если христиане не дадут удовлетворительного ответа на вопрос мусульман? Тогда христиане могут показаться лишенными логики глупцами. Она постаралась выбросить это из головы.

После нескольких часов глубокой ночи появились первые тусклые проблески утренней зари. Изабелла выпрыгнула из кровати, полная энергии и целеустремленности. Наспех позавтракав, она извинилась, вышла из-за стола, поднялась в свою комнату и начала усердно изучать Библию.

Приблизительно в полдень Изабелла закончила свое чтение и поспешила к дому Марии, где три подруги договорились о встрече. Отец Марии был известным христианским ученым, теологом и, кроме того, богатым человеком. Его большой и просторный дом часто был местом проведения многих собраний, и сегодня здесь, как и сказал монах Михаил, собралось несколько теологов и множество священников.

Мария и Роза стояли на балконе и, увидев Изабеллу, входящую через большую дверь в главный зал, окликнули ее. В комнате было множество христианских сановников и священников, поэтому Изабелле пришлось осторожно продвигаться между ними по пути к лестнице, ведущей на второй этаж. Только она подошла к друзьям, как внизу, на первом этаже, зазвонил колокольчик, приглашая собравшихся сесть. Три девушки жадно наблюдали с балкона за собранием внизу.

Мужчины сидели на стульях, расставленных рядами, в то время как напротив них, на возвышении, расположились наиболее важные гости. За находившимся перед столом подиумом стоял отец Марии, который и призвал собравшихся к порядку.

- Мое возлюбленное братство! - сказал отец Петр. - Мы собрались в присутствии нашего Святого Спасителя Иисуса Христа, чтобы просить его мудрости и спасительной силы. Как вы все хорошо знаете, Сатана разжег большую смуту. Используя все способы на своем пути, он позволил мусульманам заронить сомнения относительно нашей теологии и учений.

Общий одобрительный шепот пронесся по толпе.

- Наш уважаемый брат, монах Михаил, сообщил мне, что покорный христианский слуга, который отказался назвать свое имя, сказав, что это воля Христа, предложил диалог между нами и мусульманами.

Один из мужчин, сидящих возле отца Петра, громко сказал:

- Мы интересовались, для чего созвали это столь срочное собрание. Теперь стало очевидно, что неотложная проблема в действительности довольно проста; если мы собираемся встретиться с мусульманами и новообратить их, пригласите их сюда, и сейчас любой из нас сделает это.

Другой священник ответил:

- Да, конечно, это несерьезное решение, так как мы часто проводили дискуссии с мусульманами. Но с тех пор, как появились новости, что у христиан нет ответа на определенные возражения мусульман, проблема, стоящая перед нами, приобрела большую важность. Мы должны подготовиться и определить день.

Монах Михаил поднялся со своего места в толпе:

- Ваши Преосвященства! - сказал он, обращаясь к высокопоставленным священникам, сидящим за столом. - Завтра воскресенье, и многие христиане соберутся в большом кафедральном соборе. Нам следует предложить мусульманам прийти туда, дабы поразить их числом искренних христиан. И, может быть, Господь Бог, Иисус Христос, увеличит мудрость, которой Он наградит вас, окруженных славой Его слуг.

Все мужчины кивнули в знак согласия, а один из высокопоставленных священников подтвердил:

- Это превосходная мысль. В тот день кардинал будет присутствовать в большом соборе, и нет никого более ученого, чем он, во всей Испании. Нам может потребоваться его мудрость на некой стадии нашего диалога.

После обсуждения стратегий ответа на проблему о заповедях-проклятиях, собрание было закрыто, и священники приготовились к пышному обеду, который скоро должны были подать на стол. Изабелла, Мария и Роза покинули большой зал и на пути к выходу встретили монаха Михаила.

- Монах Михаил, вы не остаетесь на обед? - спросила Мария.

- Нет, дитя мое. Наш Господь Иисус часто постился и, если ел, то немного. Я стремлюсь идти по Его стопам, вот и все.

Перед тем, как уйти, он передал Изабелле написанное от руки разрешение, которое позволяло Умару и его товарищам войти в церковь[7] (7). Девушки взяли разрешение и направились прямо в сад.

Подойдя к месту встречи, они встретили там Умара и шейха Самира вместе с другими мусульманами. Двое из них походили на купцов, один был художником, двое других были темнокожими мусульманами, прибывшими с другой стороны пролива Гибралтар.

Умар приветствовал трех молодых девушек, будучи крайне удивленным, что они оказались теми, кто организовал встречу.

- Добро пожаловать и мир вам, - сказал он.

Изабелла ничего не сказала в ответ, из-за волнения или недоверия она не могла говорить, и только вручила разрешение Умару, который встал, чтобы принять его. Он громко прочел его группе, затем спрятал в свой карман.

Шейх Самир обратился к девушкам:

- Мы благодарны вам за ваши усердные старания, и если кто-нибудь получит руководство Аллаха после этого дела, то вера придет сначала к вам.

- Это молодые ученые христианской философии, они хорошо разбираются в теологии. Их усердия достойны похвалы, - интонировал Умар.

Изабелла коротко ответила:

- Мы, покорные слуги Иисуса Христа, благодарим вас за принятие приглашения.

Один из темнокожих мужчин сказал во всеуслышание:

- Астагфируллах! Посмотрите, как христиане делают других равными Аллаху и обожествляют Христа. Они...

Умар повернулся и перебил его:

- Мой брат, ты поднимаешь еще одно противоречие, хотя еще не разрешено первое, которое будет обсуждаться завтра.

Затем он повернулся к Изабелле, которая, как он думал, возглавляет девушек:

- Вы можете сообщить священникам, что, инша АЛЛАХ[8], мы будем в церкви в назначенный час.

Изабелла попрощалась с ними и увела подруг. Был вечер, и ей надо было много заниматься и молиться. Пока она возвращалась домой, ее начала беспокоить одна мысль. «Мусульмане могут сидеть друг с другом, им неважно, какой у их товарищей цвет кожи или общественное положение, - думала она, - в то время как священники никогда не сели бы с солдатами или ремесленниками и, конечно же, с бедными темнокожими христианами с юга». Странное чувство зародилось в ее сердце, но она постаралась больше об этом не думать.

Глава IV. Первая встреча

Вечером Умар и шейх Самир провели много времени в доме Умара, читая Коран и Библию. Они записали важные вопросы и нашли несколько новых утверждений, которые можно было пересказать христианам.

Кроме того, они помолились, чтобы Аллах даровал им силу и умение для наилучшего увещевания, как говорит Коран. После завершения окончательных приготовлений Умар предложил своему другу переночевать в комнате для гостей, так как был поздний вечер.

Двумя днями позже вся Кордоба наполнилась слухами. Новость о беспрецедентной встрече христианских и мусульманских теологов вызвала скрытое волнение. Каждый слышал о таинственном христианине, который созвал собрание, и некоторые распространили слухи, что это одно из святых дел Девы Марии.

Многие христиане под влиянием событий стремились к дискуссии с соседями-мусульманами по религиозным вопросам. Но большинство этих неожиданных встреч было непродолжительным.

Мусульман также начало охватывать волнение. За день до большого собрания люди посетили дом Умара и высказали слова поддержки. Настал час, когда мусульмане раз и навсегда смогут убедить всех в силе Ислама! Воскресным утром толпы мусульман и христиан заполнили улицы и рынки, томясь в ожидании.

Священники не ожидали такого огромного количества людей в большом кафедральном соборе. Они даже были удивлены, видя, что так много мусульман захотело прийти, чтобы присутствовать на заседании. Испугавшись, что они допустили такое смешение народа в священном для себя месте, священники приняли решение позволить войти в церковь максимум сорока мусульманам. Для них были отведены места в секторе возле задней стены церкви. Остальное пространство было приготовлено для сотен христианских руководителей и богатых людей, которые должны были прийти, чтобы увидеть триумф своей религии.

С приближением полудня люди начали занимать места в огромном, похожем на пещеру зале. С башни, примыкающей к церкви, прозвенел колокол, и священники, входившие через боковую дверь, начали занимать свои места в передних рядах. Одиннадцать мужчин, все одетые в черные рясы, сели полукругом, лицами к аудитории. На стенах позади священников висели картины с религиозными эпизодами: Иисус, истекающий кровью на кресте, и прекрасные ангелы рядом с изображениями Девы Марии. Кардинал вошел последним и сел посреди созванных церковных руководителей.

Умар и шейх Самир, перешептываясь, сидели в переднем ряду.

На пожилом мусульманском ученом было белое шобе[9] с куфи[10]. Зеленый тюрбан был аккуратно обернут вокруг его головы. Умар был одет в красивую накидку, которая почти закрывала свободные брюки и голубую верхнюю рубашку. Великолепный голубой тюрбан был надвинут на брови, и, казалось, подчеркивал свет, исходящий от молодого дружелюбного лица Умара.

Изабелла, Мария и Роза напряженно ожидали, когда начнется собрание. Они пришли рано и нашли места возле центра, поэтому могли видеть все. Изабелла посмотрела в сторону Умара, но увидела только часть его лица. Он не казался взволнованным. Затем она взглянула на своего отца, кардинала, сидящего на почетном месте. Он также не выглядел обеспокоенным.

- Как ты думаешь, что произойдет? - прошептала Роза. Но Изабелла и Мария остановили ее взглядом.

Один из сидящих священников поднялся со своего места и начал читать что-то по-латыни. Изабелла узнала начало благословения святой Девы Марии. После того, как он закончил, присутствующие христиане перекрестились и тихо сели. Мусульмане в толпе рассматривали странные картины. Большинство из них никогда раньше не было в церкви. Некоторые, глядя на скульптуры, шептали: “Астагфируллах”[11].

Фрайар Майкл, пожилой учитель Изабеллы, вышел из другой комнаты и приблизился к священникам. Он поклонился им, затем подошёл к кардиналу и поцеловал кольцо на его руке. Затем он отошёл на шаг назад, всё ещё находясь в поклоне, затем выпрямился и повернулся лицом к аудитории и двум гостям-мусульманам.

- Мы собрались здесь в связи с необычным событием, - провозгласил он. - Сегодня наши святые отцы решили положить конец всякого рода сомнениям и разногласиям по поводу самой святой католической христианской религии. Сегодня мы собираемся установить истину, а затем мы все преклоним колени пред силой всей Вселенной – Господом Иисусом Христом.

Многие христиане прошептали про себя небольшую молитву и посмотрели на Фрайара с одобрением и уважением. Мусульмане в зале остались сидеть с каменным выражением лица.

- Я приглашаю человека по имени Умар Абдул Хаким выйти в зал.

- А также шейха Самира аль Адхами, - добавил быстро Умар.

- Сегодня мы будем разговаривать только с Умаром, - ответил Фрайар Майкл.

Умар с волнением посмотрел на Самира, тот утвердительно кивнул ему: «Ты – угол поострее, чем я, Умар».

Умар повернулся к священникам и прошептал про себя: «Аллах, помоги мне в этом деле». Затем он прошёл в начало зала и сел на стул напротив священников.

Фрайар Майкл, который стоял в между Умаром и священниками, шагнул вперёд и сказал:

- Умар, нам стало известно, что ты испытываешь сомнения в истинности христианской веры. Нам также стало известно, что ты поклялся обратиться в эту религию, если твои сомнения будут развеяны. Это правда?

Умар наклонился слегка вперёд, продолжая сидеть на стуле, и ответил:

- Клянусь Аллахом, это правда, я сомневаюсь в вашей религии, и если мои сомнения будут удовлетворены до такой степени, что ваши объяснения невозможно будет отрицать, тогда у меня не останется выбора, кроме как последовать истине.

Фрайар Майкл кивнул Умару и сел на стул в нескольких метрах слева от него. Один из священников встал и медленно приблизился к Умару. Он сомкнул руки за спиной и прошагал несколько шагов перед ним. Мария узнала своего отца, Питера, и в волнении толкнула локтем Изабеллу.

- Мне сказали, что самое серьёзное ваше сомнение – это написанное Павлом, что религиозные законы - проклятие. Это правда? - спросил Питер весьма снисходительно.

Умар утвердительно кивнул головой и Питер продолжил:

- Но это такой незначительный вопрос. Вы, мусульмане, как я пониманию, верите в Коран, поэтому то, что я предлагаю, - просто: основа христианства и Иисуса Христа должна быть определена самим Кораном.

Умар повернулся к Самиру, тот озадаченно пожал плечами. Христианин, сидящий рядом с Изабеллой, прошептал другу:

- Этот человек, отец Питер, - специалист в мусульманской религии и знает арабский. Он собирается поставить ловушку этому безбожнику в его же Священном Писании.

Изабелла села прямее и напряжённо смотрела.

Умар посмотрел Питеру в глаза и ответил:

- Несмотря на то, что наша дискуссия должна была происходить по теме религиозного закона, я вижу, что вы предпочли бы не обсуждать это. И поскольку мне неизвестна никакая другая книга, которую я был бы готов обсудить, кроме последнего откровения Аллаха человечеству, то мы можем перейти к теме Иисуса, если хотите.

Питер, выглядевший слегка взволнованным, сказал:

- Не беспокойтесь, мы ответим на ваш вопрос о религиозном законе. Но сначала, в интересах людей, пришедших сюда и ищущих знаний... - Питер поднял руки и протянул их к толпе. - Я бы хотел начать с наипростейших вещей, которые разделяют нашу общину.

- Ну что ж, так тому и быть, - ответил Умар твёрдо.

- Очень хорошо. Итак, разве ваш Коран не называет Иисуса духом (Рух) Бога и Словом (Калям) Бога? И разве ваш Коран не говорит, что Иисус дал жизнь мёртвому и был вознесён на небеса? Тогда, если вы верите в Коран, как вы можете сомневаться в том, что Господь Иисус – сын Божий?

Христиане радостно воскликнули, одобряя такое заявление Питера, и в ликовании начали обнимать друг друга. Священники посмотрели на своего коллегу с уважением, а мусульмане сели ровнее в своих креслах. Самир посмотрел на Умара, который проявлял спокойствие.

Умар поднялся, прося толпу успокоиться. Он посмотрел Питеру в глаза и ответил смелым и чётким голосом:

- Вообще-то, в Коране используется термин Рух, который можно применить к разным вещам, и ни один из них не имеет ничего общего со значением «быть самим Аллахом». Коран называет Иисуса словом от Аллаха, а не СЛОВОМ, в том смысле, что Он может создать Иисуса, или сотню Иисусов лишь простым словом: «Кун фаякун» - «Будь, и оно будет» [Коран, 36:82(82)]. И Коран утверждает, что Иисус оживлял мёртвых с разрешения Аллаха, и что Аллах вознёс Иисуса на Небо для того, чтобы защитить его от убиения иудеями.

Мусульмане взорвались ликующими возгласами и стали хлопать друг друга по спине. Христиане заёрзали на креслах и стали ворчать. Питер, придя в себя от такого заявления, попытался «зайти с другой стороны».

- Вы заявляете, что Иисус не был распят и не умер на кресте. Если он не умер, то как тогда, по-вашему, Бог простит наши грехи? Спасительная кровь Иисуса Христа омывает порочное пятно, унаследованное нами от Адама. Иисус умер как Бог, чтобы спасти человечество. Что по этому поводу говорит ваш Коран? - самодовольно и презрительно усмехнулся Питер.

- Вы ведёте нас к наиболее фундаментальным различиям веры и отодвигаете дискуссию ещё дальше с помощью Корана. Если вы настаиваете на том, что наша вера здесь играет ключевую роль, тогда мы должны решить, совершил ли Адам непростительный грех или нет, и если мы решим, что да, тогда нам нужно обсудить, может ли этот грех быть передан каждому поколению людей, и тем самым обречь всех на изначальную греховность. Тогда нам нужно обсудить, как можно избавиться от этого порочного греха. Тогда вам нужно доказать, что Иисус был Богом и что только благодаря пришествию Бога, или одной трети Его (ипостаси), и буквально совершением самоубийства, т.е. позволив Своим Собственным созданиям убить Его, люди могут быть спасены. И тогда помимо этого вы должны доказать, что Иисус, фактически умер и провёл три дня в Аду. Все эти вещи, преподнесённые вашей религией, невозможно доказать с помощью Корана, даже в вашей Библии об этом написано нечётко. Поэтому я предлагаю вернуться к нашей изначальной теме.

Питер был в нерешительности от столь сильного ответа Умара, а христиане, сидящие в зале, начали нервничать. Изабелла, забыв, что не дышит, всё же вдохнула немного воздуха. Она была согласна со всем, что сказал Умар, но тут же поймала себя на этой мысли.

- Всё это не относится к делу, - презрительно махнул рукой Питер. – Я лишь хочу доказать из Корана, что Иисус является словом и духом Бога и что, следовательно, христианство имеет под собой прочную основу.

Умар ответил:

- Считаю, что это невозможно, как я вам только что показал, я вижу, что мы рискуем зайти в тупик в нашем разговоре.

Питер повернулся лицом к кардиналу, который слегка наклонил голову, знаками давая дальнейшие инструкции. Питер выдавил кривую улыбку и громко прокричал:

- Очень хорошо. Я вызываю того загадочного христианина, который нас всех сегодня собрал, встать и напомнить нам тему сегодняшней беседы.

У Изабеллы душа в пятки ушла. Она будет узнана! Как её отец допустил это? Тем временем Питер указал пальцем на Изабеллу, робко встающую с кресла. Все взгляды устремились на хрупкую девушку. Изабелле было не по себе.

- Скажи этому Умару, что мы сегодня намерены обсудить? - скомандовал Питер.

Изабелла посмотрела на своих подруг, ища взглядом поддержки, и мягко сказала:

- Мы здесь для того, чтобы поговорить, обязательно ли христианам следовать божьим законам и религиозным предписаниям своей религии.

Её голос дрожал, и у неё пересохло в горле. Она проглотила комок в горле и продолжила:

- Спор идет о том, что, если религиозный закон является проклятием, правы ли христиане в том, что следуют ему. Но я полагаю, что первая тема отца Питера также достойна обсуждения. Я думаю, что после того, как он выслушал ваши возражения, вы должны продолжить.

Умар по-доброму посмотрел на нервничающую девушку и ответил:

- Я оставлю вопрос открытым для вас. Я обещаю, что, когда мои возражения будут удовлетворены, мы ответим на любые общие вопросы, которые у вас могут возникнуть. Но если, как я обещал, я обращусь в христианство, тогда кому будут нужны дальнейшие вопросы?

И на мгновение их взгляды, направленные друг на друга, встретились. Изабелла почувствовала себя странно и быстро отвела взгляд.

- Ну что ж, - сказал Питер, вновь призывая внимание Умара. - В чём вы видите проклятье религиозных законов?

- Если вы ответите на каждый из моих вопросов, то дело разрешится очень быстро.

Питер утвердительно кивнул. Изабелла тем временем села в кресло, внутри у неё все сжалось. Она была разгневана тем, что ее предал ее же собственный отец. Мария обняла свою подругу, а Роза взяла руку Изабеллы и заботливо сжала её.

- Для начала, - сказал Умар, - ответьте, относятся ли заповеди, которые вы преподаёте, и которые запрещают вашим людям воровать, лгать, прелюбодействовать и т.д., к религиозному закону?

- Конечно, – ответил ему в тон священник.

- А каково мнение Святого Павла по поводу религиозного закона?

- Это зависит от того, что вы подразумеваете под мнением.

- Я думаю, вы прекрасно знаете, что я подразумеваю, но поскольку вы решили уклониться от ответа, я уточню. Святой Павел назвал религиозный закон проклятием в Послании к Галатам. Это правда?

- Да, но вы упускаете важный момент. Он говорил, что следование религиозному закону ради спасения – неверно, т.к. лишь кровь Иисуса может принести спасение. Когда Христос умер, он спас нас от следования закону, искупив наши грехи. Христианину не нужно утруждать себя следованием правилам поведения, подобно вам, мусульманам, а нужно лишь следовать нескольким общим правилам, основанным на любви и вере в Иисуса.

Очередное чувство уверенности пробежало по христианам в зале, и отец Питер почувствовал прилив гордости за свой столь внушительный ответ. Умар повторил:

- Но зачем же тогда они вообще должны следовать этим нескольким правилам, и кто решает, что это будут за правила? Так как я видел, как одна группа христиан говорила: делайте то, делайте это, и будете спасены, а другая группа говорила, что совершенно противоположные деяния приведут к спасению. И далее, - продолжал Умар, - как насчёт выброшенных законов? Как насчёт законов Бога и общества? Разве им нет места в нашей жизни, или вы на самом деле верите в то, что Богу нет дела до того, как люди проживают свою личную и общественную жизнь в общинах? Разве ваша книга не говорит вам следовать тому, кто во главе вас, независимо от того, ваша это религия или нет? Какая польза от вашей религии, если у вас даже нет способа сформировать правильный закон общества? Не мудрено, что христианские законы являются как бы шуткой! Они для вас не существуют.

Теперь козырь был у Умара, и отец Питер понимал это. Для того чтобы выиграть время и сформулировать адекватный ответ, священник задал вопрос:

- Откуда вы взяли такое понятие, будто мы верим в то, что людям не нужно следовать Божьим предписаниям?

- Ваша Библия говорит это: «Все должны подчинить себя тем, кто выше вас, ибо нет выше того, кого назначил Бог. Те, выше вас, назначены Богом. И посему тот, кто восстаёт (против) тех, кто выше вас, - тот против того, что Бог назначил». Итак, означает ли это, что вышестоящие, кто бы это ни был, могут сказать вам, христианам, как жить в обществе? Если вы действительно верите в это, тогда вы должны следовать законам Ислама, т.к. мы, мусульмане, сейчас во главе этой земли! Кто из вас решает, как следовать вашей религии, если вам безразличны законы, и вы всё время говорите о тайнах и вере? Я собственными глазами видел, как священники рассказывают людям о правилах и предупреждают их, что тот, кто не будет следовать им, попадёт в ад. Где тогда ваша вера?

Когда Умар закончил говорить, зал пребывал в молчании. Христиане смотрели в неверии, а мусульмане были ошеломлены логикой того, что они только что услышали. Питер также какой-то момент пребывал в безмолвии. Он нетвёрдо ответил:

- Вам невозможно понять эти тайны без помощи Святого Духа, и если вы чего-то не понимаете, это вовсе не означает, что оно неверно. Святой Павел называл земные законы проклятием, а не все законы в целом, и, уж, конечно же, не Божественные законы.

- Хорошо, допустим, я пока соглашусь с этим на какой-то момент, - ответил ему в тон Умар. - А теперь скажите мне: те законы, которые против воровства, обмана и убийства, – земные законы или от Бога?

- Вы не понимаете того, что я хочу сказать. Просто послушайте. То, что сказал нам Иисус, – намного важнее того, что написал Павел, который был таким же человеком, как и мы. Наш Господь предписал нам следовать законам, которые содержит Ветхий Завет. Он умер для того, чтобы нас не судили по ним.

- Подождите, - возразил Умар. - Теперь вы говорите, что одна часть Библии – лучше, чем другая?

- Что вы имеете в виду?

- Если вы говорите, что высказывания Иисуса – лучше, чем высказывания Павла, и все они собраны в одной и той же Библии, которая, по-вашему, является Словом Божьим, - тогда, я думаю, вам нужно серьёзно изучить, как была написана Библия и как она была собрана воедино. Я даже читал, что ваша Библия была написана спустя 300 лет после смерти Иисуса. И более того, если Иисус предписал вам следовать законам, тогда кто такой Святой Павел, чтобы называть их проклятием? Посмотрите в главе 19:17 от Матфея в вашей книге и прочтите! Немедленно.

Отец Питер злобно взял Библию со стола и зачитал слова, которые, как предполагается, были произнесены Иисусом: «Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди».

Когда он закончил читать, Умар посмотрел в потолок и произнёс:

- Боюсь, мои возражения становятся всё сильнее, а вы всё больше запутываетесь.

Мусульмане в зале ликовали, доносились крики «Аллаху Акбар». Христиане заёрзали в креслах, а некоторые встали и покинули собор. У Изабеллы было такое чувство, что она замерла в трансе, а Мария и Роза сидели тихо.

- Вам нужен Святой Дух, - пробормотал отец Питер.

- Но как может Дух решить проблему Иисуса, который велит следовать законам, и Павла, называющего их проклятием? Все эти учения – о том, что Иисус умер для того, чтобы спасти людей, в то время как Иисус лишь хотел, чтобы люди имели искреннюю веру и следовали предписаниям Божьим! В Евангелие от Матфея (19:16-17) говорится, что человек спросил Иисуса: «Учитель благий! Что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную?» И он (Иисус) ответил ему: «Что ты называешь меня благим? Никто ни благ, как только один Бог. Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди». Ясно и понятно Иисус говорил, что он не был Богом и что для спасения нужно следовать предписаниям.

- Все мы знаем, что именно наш Господь наставлял нас уважать законы Ветхого Завета. Но спасение не может быть получено, если следовать лишь законам, без искупления за грех Адама.

- Итак, Пророки Моисей, Давид, Ной и другие, должно быть, упустили свой шанс спасения, так как всё, что у них было, – это вера в Бога и следование религиозным законам, которые предписал им Всевышний? Ведь тогда не было Иисуса, который искупил бы грех Адама.

- До того, как пришёл Иисус, всё, что у них было, – это религиозный закон для их спасения, но искупление Иисуса всё изменило для нас.

Умар встал и посмотрел Питеру в глаза:

- Но Святой Павел написал: «Вера без деяний мертва». Если мы не будем следовать религиозным законам Бога, тогда причитания о вере в Иисуса тщетны. Ведь не искупление приносит спасение, а вера в Бога и хорошие поступки – как объяснено в религиозном законе!

Мусульмане встали с мест, крича: «Аллаху Акбар! Аллаху Акбар!» Изабелла почувствовала горячий прилив по всему телу, её лоб и ладони вспотели. Мария вдавилась в кресло, а Роза спрятала лицо в ладони. Да... христианская сторона явно проигрывала.

- Тишина! - прокричал Питер. - Я призываю к порядку!

Прошло несколько минут, прежде чем люди успокоились.

- Кричать в доме Господнем – это богохульство! Совершенно ясно, что вы, - Питер показал на Умара, - не в состоянии понять эти тайны. Наши ключи к спасению – это Божественная сущность Христа и его смерть, и искупление за наши грехи. Наш Господь Иисус пострадал за наши грехи и своим величием дал нам спасение.

Умар поднял руку и сказал:

- Вы не смогли ответить на моё возражение. Поэтому я остался неудовлетворённым. Я не могу принять вашей веры и также не могу сказать, что вы доступно объяснили.

Изабелла встала так быстро, что сама удивилась. Она протолкнулась вперёд и громко крикнула:

- Я пришла сюда для того, чтобы слушать дискуссию, и я знаю, что не могу сказать ничего ни по одному поводу. Но я прошу вашего Святейшества, пожалуйста, не дайте этому вопросу умереть здесь.

Священники строго посмотрели на юную девушку, её слова были встречены тишиной.

Кардинал что-то прошептал сидящим рядом с ним священникам, и тогда вызвали Фрайара Майкла для дальнейших инструкций.

Умар оглянулся на шейха Самира, который одобрительно кивал головой, затем он повернул голову в другом направлении – к Изабелле. Она поймала его взгляд и сразу же отвела глаза в сторону. Но что-то заставило её снова поднять глаза, и она спокойно посмотрела на Умара. В этот самый момент Фрайар Майкл, вернувшийся после «консультации» с кардиналом, призвал людей:

- Братья мои! - начал он. – Мы собрались здесь для того, чтобы искать правду, что, несомненно, является нелёгкой задачей. Но для того, чтобы нам это удалось, нужно искреннее сердце и стремление принять правду. Вопрос веры показывает, что никто не может этого достигнуть, не прилагая к этому своих усилий. И поэтому мы должны молиться Богу, чтобы Он открыл нам с помощью Святого Духа тайны христианской веры.

Некоторые христиане в зале выразили ободрение, прошептав несколько раз «Аминь». Другие просто сидели тихо.

- Братья! - продолжал Фрайар Майкл. – Вопрос - является ли религиозный закон проклятием или нет – неуместен. Главная трудность – в том, что наши мусульманские собеседники ничего не знают о нашей христианской религии и потому они пытаются вовлечь нас в философию. Сущность нашей веры может быть объяснена двумя вещами: Божественность Христа и Искупление. Тот, кто понимает это, знает тайны веры. Поэтому я прошу, чтобы наши мусульманские друзья оставили этот разговор о философии и согласились рассмотреть вопрос о Божественной сущности нашего Господа Иисуса Христа.

- Учитывая, что вы пока не смогли ответить на наши вопросы, - ответил Умар, - почему вы думаете, что вам удастся преуспеть в другом вопросе?

- Нет, ну, почему же, мы успешно рассказали всё, - ответил ему Фрайар Майкл, - вы просто не поняли. Мы уверены, что на более простом примере вы увидите истину нашей религии и постигнете нашу святую католическую веру.

- Я принимаю ваш вызов, как это подобает любому искателю истины.

- Сейчас время обеда, и я думаю, мы поступим мудро, если закроем нашу дискуссию на сегодня, - объявил отец Питер.

- Тогда продолжим после обеда, - добавил шейх Самир.

- Но вам ведь нужно выполнить полуденную молитву, не так ли? - выпалил отец Питер.

- Мы можем это сделать у вашей церкви.

Отец Питер и остальные священники были сражены наповал.

- Мусульмане, выполняющие молитву у нашей церкви! - прокричал один священник.

Кардинал прошептал что-то отцу Питеру, который, в свою очередь, обратился к собравшимся:

- Так и решим. Мы закроем на сегодня собрание и продолжим в следующее воскресенье в это же время.

Толпа взорвалась, и некоторые начали ворчать.

- Почему мы должны ждать целую неделю? - сказал Умар.

Отец Питер распростёр руки перед собой и ответил:

- Разве у нас нет других дел, требующих нашего внимания?

- Я думаю, никакое другое дело не может быть так важно, как это.

Видя, что и христиане, и мусульмане в зале расстроились из-за идеи отложить дискуссию, кардинал встал и объявил:

- Хорошо, мы продолжим дискуссию завтра в доме отца Питера. Боюсь, что из-за тесноты помещения могут прийти лишь руководители церкви и не больше четырёх мусульман.

Толпа явно разозлилась, осознавая, что лишь некоторые смогут попасть завтра на дискуссию. Церковнослужители старались контролировать ситуацию, но им едва удавалось утихомирить людей. Кардинал поднял руку и приказал стражам вывести людей из собора. Люди медленно пробрались к выходу и потоком хлынули на улицу, крича и возмущаясь.

Умара и шейха Самира окружили счастливые и ликующие мусульмане. Все вместе они пошли в мечеть на полуденную молитву. На улице раздавались крики «Аллаху Акбар!».

Изабелла посмотрела, как Умара посадили на плечи, а затем увидела и свою христианскую братию, снующую возле собора, кричащую и спорящую друг с другом. Сегодня христианство пошатнулось, и она это знала. С двумя своими подругами она шла домой в тишине.

Глава V. Проба Сил

Настал понедельник. Изабелла пробудилась ото сна. Она всё ещё не могла осмыслить то, что произошло вчера. Она хотела доказать мусульманам, что христианство является истиной, но вместо этого пошатнулась её собственная вера. Глубоко внутри она почувствовала странную пустоту, которую раньше никогда не ощущала. И никогда прежде она не видела, чтобы кто-то с такой легкостью, как торговец Умар, отвечал бы учёным мужам. Затем она вспомнила, как её взгляд встретился с его взглядом…, и она тряхнула головой, чтобы как-то прояснить мысли.

Несмотря на то, что сегодняшнее собрание было ограничено лишь небольшим кругом церковных руководителей, Изабелла могла присутствовать на нем, так как оно должно было проходить в доме её друзей. Роза, возможно, тоже там будет, подумала она. И встав с постели, Изабелла молча умылась. Спустя секунду раздался стук в дверь, это означало, что завтрак был готов. Служанка вошла в комнату, она принесла поднос с фруктами, хлебом и сыром и оставила его на столике, а затем беззвучно вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.

Радуясь, что её отвлекли от мыслей о вчерашнем, Изабелла принялась завтракать. Еда показалась ей безвкусной. Завершив завтрак, она надела белую юбку и блузу и выбрала в шкафу подходящий жилет.

Взяв свою сумку, Изабелла направилась к дому Марии. Она знала, что её отец, кардинал, уже «обработал» своих учёных.

По дороге Изабелла зашла в магазин, где купила яблоки и новый флакон чернил. Люди, которых она встречала на своем пути, выглядели рассеянными и вялыми. «Все, должно быть, сильно расстроены, из-за невозможности присутствовать сегодня на дискуссии», - подумала она.

Когда она подошла к дому, Мария и Роза встретили её у двери и провели мимо священников вверх по лестнице на балкон, откуда они могли наблюдать за происходящим.

- Как ты думаешь, что сегодня произойдёт? - спросила Роза.

- Очень надеюсь, что наша сторона сегодня не подкачает, - сказала Мария.

Изабелла немного помедлила и затем ответила:

- Ох... не знаю. Умар очень умён и к тому же красноречив.

Она почувствовала прилив адреналина, когда упомянула имя этого человека, и поняла, что впервые его произносит.

- Интересно, где он изучил всё это? - спросила Роза.

Придворный объявил: «Мусульмане прибыли!»

В комнате все заметно оживились, священники и состоятельные христиане стали пробираться к своим местам. Присутствовало, по крайней мере, тридцать мужчин и пять женщин. Женщины сидели вдоль одной из стен, а мужчины заполнили оставшуюся часть комнаты. Во главе длинного стола стояли отец Питер, кардинал и еще два человека.

Отец Питер сказал придворному:

- Введите их.

Три девушки наблюдали с балкона как четверо мусульман вошли в комнату. Умара и шейха Самира сопровождали двое – высокий мужчина и женщина, одетая в хиджаб светло-коричневого цвета.

Эти двое, должно быть, были торговцами, как и Умар. Когда их группа пошла в проход, придворный остановился и сказал:

- Одному лишь Умару разрешается пройти дальше. Остальных прошу сесть на этих трёх сиденьях.

Он указал им на три неуклюжих жёстких стула, стоявших в самой дали.

- О, Аллах! Эти люди совсем негостеприимны! – тихо заметила мусульманка.

- Мы – их гости и должны принимать то, что они предлагают, - ответил шейх Самир. - Что ж, будем сидеть здесь.

Шейх и два торговца сели, а придворный провёл Умара в начало комнаты, где напротив стола стоял одинокий маленький стул.

Умар сел и стал ждать. Он сидел спиной к балкону, и Изабелла не могла видеть его лицо. Она была немного обеспокоена. Они могли бы предоставить ему стул и поудобнее! Отец Майкл вошёл в комнату и кратко посовещался с кардиналом во главе стола. Затем он обернулся и взял стул. Изабелла заметила, что он был раздражён. Что произошло? Об этом она узнает позже.

Отец Питер встал, и все затихли.

- Братья мои во Христе, мы собрались здесь под зорким взглядом Девы Марии и святых для того, чтобы доказать истину божественной сущности Христа. И посему, мы обратим их в свою религию и с радостью примем их, как новых членов церкви. Как мы и условились, мы будем обсуждать божественную сущность Господа Иисуса Христа и необходимость в Искуплении. Хотите ли вы что-то сказать перед тем, как мы начнем?

Умар встал и произнёс: «Да». Он немного помедлил, а затем начал читать на арабском языке отрывок из Суры Аль Фуркан (25:1-3) Корана. Когда он закончил, то перевёл прочитанное:

РАЗЛИЧЕНИЕ

Аль Фуркан

Во имя Аллаха,

Всемилостивого, Милосердного!

1. Благословен[12] есть Тот,

Кто Своему служителю низвел Фуркан,

Чтобы он[13] стал для всех миров

Увещеванием (Господним), -

2. Тот, Кто владеет небесами и землей

И Кто не брал Себе ребенка

И соучастника во власти не имеет.

Он - Тот, Кто создал всякую вещь

И соразмерил должной мерой

3. И все ж они, опричь Него,

Других богов себе призвали,

Что ничего не могут сотворить,

И сами созданы (другими)[14].

Самим себе они не могут

Ни причинить вреда, ни пользы принести.

Не властвуют они над смертью,

Над жизнью не властвуют они,

Они не властны и над воскрешеньем.

Когда Изабелла услышала чтение этих прекрасных слов, она почувствовала слабость и прильнула к подругам. Они помогли ей сесть на полу балкона, и Роза крепко держала её за руку.

- Как красиво... - прошептала Мария.

- Почему они никогда не переводят с латинского, когда читают в церкви во время службы? - заметила Роза.

Изабелла задумалась над отрывком, который только что услышала. «Так величественно, так завораживающе», - подумала она. Она почувствовала жар и сняла жилет. Все три девушки придвинулись ближе к краю и опёрлись о деревянный парапет, чтобы лучше наблюдать за происходящим.

- Итак,… ээээ... - пробормотал Отец Питер. - Благодарю за интересный пример из вашей Священной Книги. Давайте же перейдём к делу. В христианстве нас учат, что Бог создал Адама и Еву, и что Ева склонила Адама к греху. За это деяние мы все унаследовали порочную душу, которая может быть прощена, если мы поверим в спасительную кровь Иисуса и причастие (таинство) церкви. Мы верим, что Иисус – часть Бога, сам Бог и всегда будет сыном Божьим. Мы называем это божественным таинством Троицы. Бог Отец, Бог Сын и Бог Святой Дух – едины, хотя они и по отдельности персоналии. Бог Отец послал своего сына на землю – умереть во имя нашего спасения. Это – основа нашей веры, и мы в это твёрдо верим. Лишь веря в смерть Иисуса на кресте, мы можем надеяться на прощение Бога и войти на Небеса.

Священники и элита произнесли «Аминь» и многие перекрестились. Изабелла чувствовала, что её руки хотят сделать то же самое, но она внезапно остановилась. Ей это больше не казалось правильным. Умар посмотрел на Отца Питера, на его лице не было ни тени смятения.

- Вы достаточно хорошо объяснили свои верования, - начал Умар, - и я хвалю вас за прекрасные объяснения. Однако прошу меня извинить, если я скажу, что ваша теория не имеет смысла. Если основные принципы христианства – божественная сущность Христа и искупление, то я думаю, что мы можем решить эту проблему одним вопросом: почему Богу нужно было жертвовать Своим сыном для того, чтобы простить или искупить грехи людей? Если всё, что нам было нужно, – это жертва, тогда любой мужчина или женщина подошли бы для этого. Зачем «сыну» Бога нужно было умирать?

Отец Питер засмеялся:

- Такой лёгкий вопрос. Сын Бога нужен был как жертва для того, чтобы простить грехи, так как все люди были грешны. Один лишь Иисус был безгрешен. Видите ли, греховный человек не может искупить грехи других. Нужен был совершенный человек.

- Допустим. Но кто был распят – Бог Иисус или человек Иисус? Если Бог Иисус был убит, тогда, по-вашему, Бог, Создатель Вселенной, был подвергнут пыткам и мучениям. Но, если умерла лишь человеческая сущность Христа, тогда ваш аргумент рушится, так как умер обычный человек, а не Бог.

Отец Питер помедлил минуту и ответил:

- Наш Господь Иисус был на сто процентов Богом и в то же время на сто процентов человеком. Но его человеческая сущность (плоть) была безгрешна, потому ему было необходимо стать жертвой. Ни один человек не сделал бы...

- Ну, так какая часть Бога умерла? - настаивал Умар. - Если ни один человек не был безгрешен, и Бог должен был прийти сам и принести себя в жертву, но его Божественная сущность не умерла, почему тогда Бог не мог создать совершенного безгрешного человека и затем убить его для искупления?

- Бог не мог создать совершенного человека из-за греха Адама...

- Следите за своими словами, священник, - сердито прокомментировал Умар. - Если Аллах может создать Адама безгрешным, тогда Он может создать любого безгрешным.

Отец Питер был растерян, но продолжил:

- Один Бог знает свои тайны. Мы не можем сказать, почему Он сам должен был прийти сюда и умереть за наши грехи. Но мы знаем вот что: Он умер за нас, чтобы показать, насколько Он любит нас. Он даже отдал своего единородного сына, чтобы мы обрели жизнь вечную.

- Если Бог так любит Свои создания, почему Он не послал Своего сына на распятие с самого начала? Разве люди, жившие до Христа, не нуждались в спасении?

- Нам не известны Божьи тайны, - ответил Отец Питер.

- Мой вопрос остается открытым. Постоянное упоминание о тайнах не отвечает на мой вопрос. Если вы говорите, что человеческая сущность Бога умерла, тогда вопрос человеческой сущности Бога бессмысленен. Кто-то другой мог быть принесен в жертву. Но если вы говорите, что Иисус умер и провёл три дня в Аду, что я и прочитал в вашей Библии, тогда вы говорите нечто ужасное! Бог умер и был наказан в Аду! Астагфируллах (Да простит меня Аллах за повторение такого)!

- Прошу прощения, но я ответил на ваш вопрос. Вы сделали вид, что не поняли его. Человек, будучи грешным, по природе своей, не мог быть жертвой искупления. Человеческая сущность Христа служила этой цели, т.к. он был невинен.

- Итак, - Умар переминулся с ноги на ногу, - если я правильно следую вашим доводам, Иисус был чистым, и ему пришлось взять на себя грехи всего человечества, дабы они были прощены. Священник, даже если я неправильно понимаю ваши доводы, я должен признать, что это звучит абсурдно. Всевышний учит нас, что: «Никто не несёт бремя другого», Коран, . Мне кажется, что было бы лучше для этого «сына» Бога, если бы он совершил какой-то хороший праведный поступок, который аннулировал бы все грехи людей. Мы, мусульмане, верим, что избавление от греха – вера в Бога, молитва о Его прощении и хорошие моральные поступки. А не вера в Бога, который совершает самоубийство для того, чтобы спасти людей.

- Мы не можем приказать Богу, что Ему делать. Он сделал, как пожелал. Это ваше невежество подвигает вас подвергать сомнению христианство, - попрекнул его Отец Питер.

- То, что вы называете невежеством, мы называем здравым смыслом. Ваша Библия и ваш Святой Павел утверждает в Послании к Галатам, 6:5, что «…каждый человек понесёт своё бремя», - возразил Умар.

- Богохульство! Как ты смеешь интерпретировать Библию, ты, неверный! - закричал Отец Питер. - Лишь те, кто наделён Святым Духом, могут понять Библию.

- Как бы то ни было, - обобщил Умар, - мы все верим, что Иисус был рождён в чреве Девы Марии. Итак, кто был рождён – Бог Иисус или Бог Сын?

- Бог не может быть рождён, человеческая сущность Иисуса была рождена, - пробубнил Отец Питер.

- А кто умер на кресте – Бог или человек?

Отец Питер повёл бровью и ответил:

- Бог никогда не умирает. Человеческая сущность Христа умерла.

- Значит, рождение и предполагаемая смерть Иисуса относятся к человеческой сущности, а не к Божественной? - спросил Умар.

- Да. Конечно... Да, - ответил неопределённо Питер. Изабелла напряжённо следила с балкона за тем, что произойдёт дальше.

- Могу я взглянуть на Библию, пожалуйста? - спросил Умар.

Отец Питер посмотрел на Кардинала, который выглядел рассеянным. Затем он нерешительно кивнул головой. Отец Питер взял Библию со стола и протянул Умару. Умар открыл её и нашёл нужную главу.

- Он может читать по-латински! - прошептала Роза подругам. - Даже многие христиане не могут это прочесть!

- Если рождение и смерть Иисуса относятся непосредственно к его человеческой сущности, а не к божественной, тогда ваши учения распадаются как карточный домик! В книге Иова, в главе 14, стих 4 говорится: «Кто родится чистым от нечистого? Ни один». Итак, если Иисус был рождён от женщины, которая, будучи одним из потомков Адама, также была грешна, как же тогда чистое и невинное создание может выйти из «нечистого» (с точки зрения христиан)? И далее, в главе 15, стих 14 говорится: «тот, кто рождён от женщины» - грешен и не праведен. И так как вы согласились, что рождение Христа имело не божественную сущность, а человеческую сущность, то, согласно вашей же Библии, даже Иисус, будучи рождённым от женщины, был грешен! Смерть человеческой сущности никогда не может искупить грехи человека!

Три мусульманина позади комнаты встали со своих мест и прокричали: «Аллаху акбар!». Священники были возмущены. Некоторые кричали. Несколько христианских женщин, сидящих у стены, плакали и причитали. Изабелла посмотрела на Марию и Розу и увидела панику на их лицах. Как ни странно, Изабелла была спокойна. Как будто она ожидала, что христианство потерпит фиаско. Она даже чувствовала некое удовлетворение.

- Нам конец! - плакала Мария.

- Посмотри на них, - кричала Роза. Внизу несколько священников побежали к Умару с кулаками. Умар, будучи моложе их и сильнее, с лёгкостью оттолкнул их в сторону и стал спиной к стене в оборонительной позиции. Несколько священников злобно сверлили его взглядом, хотя кардинал и призывал их к порядку.

Изабелла испугалась за Умара, сама не зная почему. «Берегись!» - прокричала она, когда один из мужчин попытался прыгнуть на Умара сбоку. Умар оттолкнул его и тот свалился на стул, который раскололся на кусочки.

Умар посмотрел на балкон и увидел, что Изабелла смотрит на него. Он улыбнулся и помахал рукой с благодарностью. К тому времени шейх Самир и двое торговцев подоспели к нему на подмогу. Женщина-мусульманка стояла наготове.

Крики кардинала, наконец, возымели влияние на разгневанных священников, и остальные христиане также отошли назад.

- Боюсь, что я должен попросить вас немедленно покинуть этот дом! - потребовал кардинал. – И, можете быть уверены, что мы сообщим о вашем нападении министру Зиммии![15].

- Да, - ответил Шейх. - С удовольствием. Тогда обнародуется то, что делают священники, когда доказывают, что их вера несостоятельна!

Кардинал лишь посмотрел на него и указал на дверь. Толпа отступилась, оставляя проход к главной двери. Когда четверо мусульман уже выходили на улицу, Умар вновь посмотрел на Изабеллу, и она ответила ему взглядом. Затем улыбнулась ему и стала наблюдать, как он уходит.

Глава VI. Личный допрос

Изабелла пролежала в кровати почти до полудня. Лёгкий ветерок играл со шторами, навевая на нее освежающую прохладу. Что бы всё это значило? Должно быть, мусульмане сильнее, когда дело доходит до борьбы, но ведь христиане всегда были уверены, что их религия обратит иноверцев. Но то, чему Изабелла стала свидетелем, наводило ее на мысль, что в Исламе, вероятнее всего, больше истины, нежели в религии её отца.

После встречи в доме отца Питера, у нее создалось такое впечатление, будто христианство представляет собой множество вопросов, не имеющих ответа и не имеющих смысла. Был ли Иисус на самом деле Богом? Сама Библия, кажется, весьма расплывчато отвечает на этот вопрос. Разве Бог не мог просто простить людей, как сказал Умар, не убивая своего сына? А тот прекрасный отрывок из Корана, который прочитал Умар? Изабелла почувствовала, как её голова начинает раскалываться. «Во что я верю?» - прошептала она тихо.

Она взяла Библию с ночного столика и начала листать. У неё было такое чувство, будто она видит её впервые. Время от времени она останавливалась на каком-то отрывке и читала. Она просмотрела страницу за страницей Ветхий Завет и его законы. И когда дошла до Нового Завета, она вновь увидела законы за законами в писаниях Святого Павла. Некоторые законы начали сердить её. Когда она читала Библию раньше, она всегда старалась не обращать внимания и обходить стороной то, с чем была не согласна, – в конце концов, Иисус был важнее, чем какие-то несколько слов на странице Библии.

Она прочла главу I, стих 4 Первого послания к Тимофею Святого Апостола Павла, где говорилось: «Не удостаивайте вниманием басни и родословную, «о которой спрашивают». И тут она осознала, что в Ветхом и Новом Заветах были даны сплошные родословные! Затем в той же книге в главе 2-й, стих 11-15 она прочла: «Женщина да учится в безмолвии, со всякою покорностью; а учить женщине не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева; и не Адам прельщен, но жена, прельстившись, впала в преступление».

«Что? - прокричала Изабелла. - Это несправедливо. Женщины должны молчать!? И они не могут учить мужчин!? Адам правилен, а Ева – нет!?»

У неё возникло такое чувство, будто у нее впервые открылись глаза.

«Я видела много мусульманок, преподающих мужчинам в колледжах. Если они разрешают своим женщинам преподавать, почему же у нас не разрешается?»

Она раньше и не подозревала, как Библия принижает женщину. В тот момент, когда она начала сомневаться в Библии, как в божественном откровении, ей нечем было заменить её в своем сердце и своем сознании.

«Что представляет собой Коран?» - задумалась она. Она никогда раньше не видела Коран, и, насколько ей было известно, он был только на арабском, – языке, который она не понимала.

Она вспомнила, как Отец Питер пытался использовать информацию из Корана во время первой встречи для того, чтобы поставить западню Умару. Но это не сработало. Умар был слишком умён для подобного рода трюков. Вчера она впервые в жизни слышала, как читали прекрасные слова из Корана, в которых говорилось, что Богу нет равных. Она почувствовала приятное тепло, охватившее все ее тело. Ей захотелось прочесть эту книгу. Ей было необходимо знать, о чём там говорится... но как?

Проведя ещё несколько часов в своей комнате, Изабелла услышала стук в дверь. Она догадалась, что это служанка.

- Входи, - сказала она.

Служанка быстро открыла дверь и сказала:

- Хозяйка, ваш отец хочет вас видеть, немедленно.

- Я буду через несколько минут, - ответила она.

- Нет, - потребовала служанка. - Ваш отец просит, чтобы вы явились немедленно!

- Ну, хорошо, сейчас приду, - ответила она.

Она быстро оделась и умыла лицо. Когда она вошла в слабоосвещенный кабинет отца, он сидел в кожаном кресле. Он выглядел обеспокоенным.

- Изабелла, - произнёс он. - Входи, дитя моё.

Она вошла в комнату и стала перед ним, слегка наклонив голову. Она не имела ни малейшего представления, что всё это значило.

- Я тут подумал недавно, - начал он. - Думаю, что пора сделать то лучшее, что я когда-либо мог сделать. Знаешь, я никогда не планировал иметь ребёнка. С раннего возраста я почувствовал зов следовать Христу. Женитьба на твоей матери была чистой случайностью. И после того, как она умерла, я воспринял это как знак свыше – оставить мирские занятия и посвятить свою жизнь церкви. В этом интересы отца твоей подруги Марии и мои совпадают. Причина, по которой я сразу же принял духовный сан, была следующей – не чувствовать себя одиноко и не жениться вновь. С тех пор я учился с особым рвением и следовал запрету церкви на брак. Теперь я говорю это тебе, чтобы ты поняла, что истинное удовлетворение исходит от служения Господу, а не от удовольствий плоти.

Её отец помедлил. Он слегка наклонился вперёд. Изабелла заметила, как его глаза сощурились и стали поблёскивать при слабом свете. Он выглядел устрашающе.

- Я видел тебя с тем мусульманином, Умаром, и я также видел, как он на тебя смотрел, - прошипел он.

Изабелла открыла рот, чтобы возразить, но отец поднял руку, чтобы она молчала.

- Теперь, - продолжил он, - я думаю, что настало время сделать то, что я давно запланировал. Так будет лучше для тебя, так как это спасёт тебя от соблазнов плоти. Всё уже решено и подготовлено. В следующем месяце я отправляю тебя в монастырь, где ты начнёшь готовиться в монахини.

Изабелла чуть не упала в обморок оттого, что перестала дышать. У неё кружилась голова, и она чувствовала слабость в коленях. Она ухватилась за край стола и облокотилась на него.

- Знаешь, так будет лучше для тебя, моя Изабелла, - сказал отец. - И я не позволю тебе выйти замуж за мусульманина или кого-нибудь ещё. Ты – моя дочь и ты будешь следовать примеру Девы Марии. Монахини обручены с Иисусом Христом, и он будет лучшим супругом, чем кто-либо!

Изабелла повернулась и поспешила выбежать из комнаты. Она споткнулась на ступеньках и чуть не сбила с ног служанку, несшую вниз корзину. Она едва сдерживала слёзы и чувствовала, как в животе у неё всё сжалось. Она хлопнула дверью своей комнаты и упала на кровать, рыдая.

Через некоторое время она села на кровати, сжимая в руках подушку. Её глаза были мокрыми от слёз и волосы были всклокочены. Её Библия лежала раскрытой на ночном столике. Она взяла её и открыла наугад, где прочла: «Когда я был младенцем, то по-младенчески говорил, по-младенчески мыслил, по-младенчески рассуждал; а как стал взрослым, то оставил младенческое. Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицом к лицу; теперь я знаю отчасти, а тогда познаю, подобно, как я познан» (Коринфянам, 13:11 - 12).

Хотя слова и были мудрыми, она в конечном итоге знала: это не было откровением от Бога, а лишь мысли, размышления и чувства обычных людей. До этого она была ребёнком, она это знала, теперь настало время стать взрослой. Настало время встретить вызов лицом к лицу.

Глава VII. Лицом к лицу

Лёгкий ветерок пробежал по деревьям и сорвал несколько листьев, которые плавно упали на землю. Утреннее солнце только начало взбираться по небосводу, а от утренней росы уже не осталось почти никаких следов.

- Альхамдулиллях (Слава Всевышнему), - сказал голос едва слышно.

- Да, - ответил Шейх Самир. - Прекрасное утро, Умар.

После утренней молитвы двое мужчин направились к Саду Джанайна. Прогулка в нем вошла у них в привычку, так как здесь они могли насладиться свежим воздухом, прохлада которого была особенной среди деревьев и цветов, после пробуждения ото сна.

Я слышал, что несколько христиан вчера приняли Ислам, - сказал шейх. - Я даже лично принял Шахаду[16] от одного пожилого мужчины.

- Один лишь Аллах сеет зов в любое сердце, которое открыто для восприятия, - ответил Умар. - Подумать только, всего одна христианская девушка организовывает беседу, и христианство терпит поражение.

- М-да… - задумчиво ответил Умар. - Интересно, где она сейчас. Я полагаю, это дочь кардинала. Думаю, его не обрадовал её поступок.

- Как думаешь, почему она предупредила тебя, когда люди напали на тебя в доме священника? - спросил шейх.

- Даже не знаю, но я...

В этот самый момент беседу мужчин прервал звук приближающихся шагов. Они увидели молодую девушку, приближающуюся ним, и были весьма удивлены. Это была та самая девушка, о которой они только что говорили! Она остановилась в нескольких футах от них и посмотрела на них обоих.

- Извините, пожалуйста, за беспокойство, - начала она. - Я бы хотела поговорить с вами, если можно.

Шейх Самир и Умар посмотрели друг на друга, затем шейх спросил:

- Ну, о чём речь? Вот, присаживайся на скамейку. Мы постоим.

Умар и шейх стали приподниматься со своих мест, но она замахала рукой:

- Нет, пожалуйста, я хотела бы поговорить стоя.

Двое мужчин обменялись взглядами и снова присели на скамью. Изабелла по привычке одёрнула жилет.

- Я, я не знаю, с чего начать, - запинаясь, начала она. - Боюсь, я немного знаю о вашей религии. Но, увидев, как вы... - она посмотрела на Умара, - так легко подвели под сомнение христианство, я полагаю, я... ну,… много об этом думала.

- Нашим намерением не было подвергнуть сомнению твои верования, дитя моё, - сказал шейх по-доброму. - Нам пришлось быть немного настойчивее, хотя из-за своего рода ограничений мы были против этого. Наш ключ, Священный Коран, учит нас вести дискуссию с людьми уважительно и в хорошей манере. Если мы где-то и перегнули палку, то это из-за нашей собственной слабости.

- Да, - слегка рассмеялась она. - Я видела, что священники были немного жесткими.

- Я бы сказал, - воскликнул Умар, - из меня почти выбили веру физически!

Все трое рассмеялись, и Изабелла уже не так нервничала после такого дружелюбного начала беседы. Она почувствовала, что может продолжать дальше.

- За углом есть пара скамеек, стоящих друг против друга, - сказал шейх. - Думаю, нам всем будет удобнее продолжить разговор сидя.

- Да, - согласилась Изабелла. - Пойдёмте.

Все трое медленно пошли вдоль прекрасных цветочных клумб, вдыхая по дороге приятные ароматы чудесных цветов и растений, пока не пришли к двум скамейкам, расположенным друг против друга.

- Я хочу, чтобы вы знали, что я не хотела причинить вам вреда, когда попросила вас встретиться со священниками, - сказала Изабелла Умару.

- Да никакого вреда и не было, - ответил Умар, улыбаясь. - Я благодарен за опыт противостояния церковным лидерам и за наблюдения за их поведением в этой ситуации. Надо сказать, мне всё это понравилось.

- А где вы узнали всё о Библии? Отец Питер знает кое-что о Коране, но вы доказали, что и его точка зрения также неверна. У вас явное преимущество в знаниях обеих Книг.

- Аллах учит нас исследовать всё, чего мы не знаем. Поэтому наше правительство строит так много новых колледжей по всей стране. Мне захотелось узнать кое-что, и я изучил это. В конце концов, совсем не трудно прояснить проблемы в написанной людьми Библии.

- Действительно, - ответила Изабелла, еле дыша, вспомнив, о тех отрицательных вещах, которые она впервые заметила во время своего последнего чтения Библии. - А что за женщина была с вами? Я думала, что мусульманкам положено сидеть дома.

Шейх Самир рассмеялся.

- Сидеть дома? Мусульманкам? Ну, уж нет. Это была сестра Хадиджа. Она - администратор в Казначействе, работает учителем на полставки и, кроме того, еще и Хафиза.

- Кто такая Хафиза? - спросила Изабелла.

- Это женщина, которая знает наизусть весь Коран, - ответил Умар.

- Она обучает только мусульманок?

- Нет. Она ведёт вечерние занятия по Кораническому закону в Университете. Она преподаёт как юношам, так и девушкам, - ответил шейх.

Изабелла на мгновение опустила голову вниз, но затем вновь подняла ее. Шейх Самир поймал выражение её лица и спросил:

- Ты не совсем уверена в истинности христианского учения, не так ли?

Какое-то мгновение Изабелла находилась как бы в подвешенном состоянии. Ведь прежде ей никогда не приходило в голову подвергать сомнению этот аспект, тем более так резко и открыто. Где-то глубоко внутри она чувствовала это зародившееся сомнение, но не решалась признаться в этом самой себе. Она выросла в церкви. Её отец был кардиналом! Но перед ней вдруг вновь предстала картина, где она увидела священников, атакующих Умара, после того, как он одержал победу над ними, и Изабелла перестала колебаться.

- Да, - сказала она. - После того, как я услышала чтение Корана, мне захотелось прочесть эту книгу. У меня как бы открылись глаза, я чувствую, что представляет собой Библия, и я не чувствую удовлетворения. Она не говорит со мной так, как Коран!

- Я обнаружил то же самое при изучении обеих книг, - согласился Умар. - Библия больше похожа на хаотичные высказывания людей и разные истории, в то время как Коран - это плавный разговор Создателя с человеком. Поразительная разница.

- Как бы я хотела научиться читать Коран, но я не знаю арабского. Есть ли перевод Корана? - спросила Изабелла с надеждой.

- Частичный, - ответил Шейх. - Боюсь, что пока ещё нет полного перевода Корана на испанский. Дело в том, что Аллах ниспослал Коран в лучшей форме арабского языка. Даже арабы изумляются — насколько великолепен и совершенен язык Корана. Трудно перевести совершенство. Теряется столько значений, эмоций и смыслов. Поэтому все мусульмане стараются изучать Коранический арабский — для того, чтобы читать откровение в своей наилучшей и наиболее совершенной форме. Так, как в точности было передано Благословенному Пророку Мухаммаду (мир ему).

- Я из Сицилии, но я выучил арабский, хотя это заняло у меня достаточно времени, - продолжал рассказывать Умар. - Когда я читаю откровение, иногда мне хочется плакать. Это так красиво!

- А я родом из Персии", - добавил шейх. - Но я хотел, чтобы Аллах говорил со мной, с моим сердцем, на том же языке, на котором Он говорил с людьми того времени.

- Я слышала о Мухаммаде, - сказала Изабелла. - Но мои преподаватели всегда говорили мне, что он был лжецом, что он скопировал Библию и что он убивал людей.

- Конечно, люди всегда придумывают подобные вымышленные истории, когда они боятся второй стороны, - ответил шейх. - На самом же деле Благословенный Пророк, мир ему и благословения Аллаха, был известен своей правдивостью и прекрасным нравом. Можешь ли ты в это поверить? Он не умел ни писать, ни читать, однако Аллах выбрал его для откровения! Он не мог скопировать Библию просто потому, что в то время не было Библии на арабском и, более того, он не умел читать. И я думаю, ты согласишься со мной, что после того, как услышишь чтение Корана, понимаешь, что это как небо и земля.

Изабелла закивала в знак согласия. Это правда. Она интуитивно ощущала, что эти две книги полностью отличаются друг от друга.

- Относительно того, что Мухаммад, мир ему и благословения Аллаха, якобы причинял вред людям, то, - повторил Умар, - если ты прочтёшь о его жизни, то узнаешь, что он всегда прощал тех, кто обижал его и сохранял жизнь тем, кто пытался убить его. Коран говорит нам: "Ля икраха фид диин" - "Нет принуждения в Религии (вере)", Коран, . Это означает, что никто не может быть принуждён быть мусульманином. Каждый должен слушать своё сердце и решать сам, когда настанет его час. Ты видела когда-нибудь, чтоб мусульмане заставляли христиан принимать Ислам? Нет. Наше правительство контролирует Испанию почти семьдесят лет, и на протяжении всего этого периода многие продолжают исповедывать христианство по собственному желанию.

Изабелла осознала, что он говорит правду. Христианство процветало, несмотря даже на то, что страной правили мусульмане. Вдруг всё то негативное, что сказал её преподаватель про Ислам, покинуло её мысли. Она решила, что всё узнает сама из первых рук прежде, чем судить о других.

- А чему учит Ислам, Ваше Преподобие, Отец?" - спросила она шейха Самира. - Я ничего об этом не знаю.

- Ну, - начал шейх, - во-первых, Ислам учит тому, что поклоняться нужно одному лишь Аллаху. Ни один мужчина, ни одна женщина не являются какими-то особенными или святыми. Потому, называй меня просто: "брат Самир" или "шейх Самир", - как тебе удобно. Слово "шейх" означает "ученый богослов", "правовед" и говорит о том, что я получил духовное образование и много учился. Это не звание и не чин, подобно тому, что священник подразумевается святым.

Изабелла согласилась, но всё же чувствовала себя немного странно, осознавая себя равной с этим человеком, старшим по возрасту. Шейх продолжил:

- Мы верим, что Аллах, Бог — один, и что у него нет сотоварищей или сыновей. Он — не мужского или женского пола, и не поделён на части, как учит христианство.

- Меня всегда учили, что Бог — мужского пола. В Книге Бытия говорится, что Бог создал человека по своему образу и подобию, - сказала Изабелла.

- Никто не знает, кто это написал, - ответил шейх. - Так много людей писали свои собственные идеи и истории, а затем кто-то собрал всё это воедино и назвал это священной книгой. Я видел перевод с греческого, где говорилось, что Библию собрали воедино в 325 году! И это 300 лет спустя со времён Пророка Иисуса!

- И напротив, Откровение Аллаха полностью было ниспослано и завершено при жизни Его последнего Пророка. И по сей день никто не изменил в нем ни слова, и никто не изменит. И потому восприми мои слова как нечто подтверждённое и неизменное. В Библии также говорится, что Адам не грешен, а Ева грешна. Это людское мнение, или что?

- Я не знаю, - ответила Изабелла. - Пожалуйста, продолжайте.

- Далее, мы верим в то, что Аллах создал людей наместниками на земле. Он дал нам свободу воли и выбора: как нам себя вести — решить самим для себя. Он дал нам внутреннее чувство: что хорошо и что — плохо: чтобы помочь нам делать правильный выбор. Но в то же время, мы можем быть слабыми перед соблазном и можем ступить на грешный путь.

- Для того чтобы помочь нам далее на пути, Аллах послал пророков в разные сообщества, дабы они учили людей законам Аллаха. Те, кто следовал им, процветали, а те, кто ослушался — навлекли на себя разрушение. К примеру, Иисус был последним Пророком, которого Аллах послал к иудеям. Он не был сыном Божьим или Богом на земле, ходящим по миру и вкушающим хлеб.

Умар и Изабелла весело рассмеялись над этой фразой. Впервые с того дня, как это всё началось, Изабелла начала ощущать себя свободно. Она почувствовала себя взрослее, как будто она уже не была той юной девочкой, любящей посплетничать и погулять по улицам. Разговор продолжился далеко за полдень. Она задала много вопросов и получала много ответов, которые были ей понятны. Ни один из ответов не был для неё загадкой. И это ей понравилось.

Призыв на полуденную молитву доносился ветром, подобно серебряному листу в полёте. Шейх Самир, Умар и Изабелла слушали его в тишине. Когда он закончился, Изабелла почувствовала, как защемило в сердце. Она хотела последовать этому призыву. Она подумала, что ей лучше не расспрашивать больше ни о чем, дабы не показаться назойливой.

- Шейх Самир, - сказал Умар. - Как вы думаете, не будет ли проблемой, если мы предложим нашему новому товарищу пойти с нами в мечеть?

Шейх улыбнулся:

- Нет, не вижу в этом проблемы. Если только она пожелает пойти.

- О, нет, я не могу, - запротестовала она. - Я не думаю, что мне вообще следует идти, ведь я — христианка...

- Но я верю, что в сердце — ты дитя Ислама, - мягко заметил шейх.

- Я не знаю, - сказала она. - Я чувствую что-то. То есть, мне по душе то, что я узнала. Просто... ну.... мой отец — кардинал и я... я просто не знаю, что делать...

- Проси, чтоб Аллах направил тебя, - сказал Умар. - Когда настанет время, Он может открыть тебе истину. Аллах никогда не отклоняет просьбу искренне ищущего человека направить его на верный путь.

- Да, - ответила она. - Я так и сделаю. Я помолюсь, чтоб Господь указал мне верный путь. Можем ли мы встретиться здесь снова? В это же самое время?

- Я думаю, да, - сказал шейх. - Завтра я буду читать лекцию в главном колледже, но через день я смогу прийти.

- А мне тоже нужно завтра по делам, - добавил Умар. Один из моих христианских компаньонов пригласил меня посмотреть на новый товар, который он только что получил. Но послезавтра я тоже свободен.

- Тогда так и договоримся, - объявил шейх. - Через два дня мы встретимся здесь снова для продолжения нашей беседы.

- Я с нетерпением буду ждать этого, - сказала Изабелла, вставая со скамейки.

Мужчины также встали, все трое попрощались и расстались. Изабелла хотела повернуться и последовать за мужчинами в мечеть, но потом подумала, что лучше она ещё подумает какое-то время.

- Всевышний, - произнесла она тихо, - направь меня на верный путь.

Глава VIII. Неприятности дома

Рано утром Изабеллу разбудил призыв на молитву. На улице было всё ещё темно, и все еще были дома. Как прекрасно ей это показалось. Хотя она и слышала Азан всю свою жизнь, ибо мусульмане стояли во главе государства, она никогда раньше не обращала внимания на него. Она повернулась в постели и выглянула в окно. Так как она еще не совсем проснулась, то ей показалось, что она будто плывёт по облакам, вслед за словами: «Хайя аля Салят...Хайя аля фалях...» - «Становись на молитву… Иди к успеху...»

Она знала, что мусульмане сейчас просыпаются и идут в мечеть на молитву. Как это здорово, великолепно, подумала она, молиться Богу, в то время, когда весь мир ещё спит. И в противоположность этому, она знала, что немусульмане спят в это время крепким сном и видят сны в своих тёплых постелях. Какая лень!

Она не могла больше терпеть. Она встала с постели и надела халат. Омыла лицо, руки и ступни ног. Она точно не знала, как мусульмане делают омовение для молитвы, но этого должно быть достаточно. Когда она закончила, она подошла к углу комнаты и опустилась на колени.

Она замерла на мгновение и потом склонила голову к полу. «О, Всевышний, пожалуйста, - молила она. – Укажи мне верный путь. Направь меня на правильный путь и помоги мне понять – что я должна делать».

Она склоняла голову к полу и молилась полчаса, пока ей не захотелось спать. Тогда она снова легла в постель и спала до тех пор, пока солнце не поднялось высоко.

Когда она вновь проснулась, был уже почти полдень. Она редко спала так долго, и ей было немного стыдно за себя. Она думала о том, что делала, когда услышала утренний Азан. Ей это вовсе не казалось странным. Она чувствовала себя бодро и свежо. Ей понравилось склонять голову к полу – склонять своё сердце и тело к Богу. Она мучалась в догадках – что же уготовил ей день грядущий.

Быстро приняв ванну, она оделась и спустилась вниз к завтраку. Отца не было в его кабинете, и потому она завтракала в одиночестве. Вдруг она вспомнила то, что произошло в доме Марии, во время второй встречи.

Фрайар Микаэль, её любимый учитель, прошептал что-то отцу Питеру и её отцу, кардиналу. То, что они прошептали в ответ, рассердило и расстроило его. Что они ему сказали? Она должна узнать. Поэтому она решила пойти к нему сегодня же и разузнать, что там произошло.

Закончив завтракать, она схватила в охапку сумку и быстро выбежала из дома. Но перед тем как покинуть двор, ей пришлось остановиться. В главных воротах стоял её отец, одетый в чёрную рясу священника. На шее у него висела цепь с распятием, а в левой руке он держал Библию.

- Изабелла! - закричал он. - Сейчас же ступай в мой кабинет!

Он нахмурился. Изабелла никогда раньше не видела его лицо таким злым и обезображенным. Она почувствовала, как забилось её сердце и засосало под ложечкой. Её затошнило, и она тут же развернулась и направилась к кабинету, повинуясь его странному приказу.

Кардинал последовал за ней в кабинет, не произнеся ни слова. Как только они оба вошли в кабинет, он закрыл и запер дверь. Что-то было не так, и Изабелла это чувствовала.

Её отец толкнул её в своё кожаное кресло и стал над ней, грозно глядя на нее. Она вдавилась в кресло, пытаясь спрятаться в подушках. Что же происходит?

- Ты ничего не хочешь мне сказать? - потребовал он.

Изабелла продолжала молчать и склонила голову в страхе. У неё душа ушла в пятки.

- Ну, говори же, дитя! - закричал он. - Это твой шанс исповедаться.

- Я исповедывалась на прошлой неделе у Фрайара Микаила, - ответила она кротко. - Он уже простил мои грехи.

- О, я думаю, с того момента ты уже успела совершить новые грехи, ужасные грехи! - прокричал он. - Я знаю, что ты виделась с тем грязным мусульманином. Не думай, что нет людей, кто не доложил бы мне. Ты приняла его лживые речи? Ты обратилась в его верование?

Изабелла съёжилась от страха. Она никогда не видела отца таким. Он был в ярости. Его лицо было обезображено потом и напряжением. Его руки сжимались в кулаки.

- Ну, говори же, негодная девчонка! - орал он. - Или во имя Иисуса, я из тебя выбью правду!

- Я не приняла Ислам, я ещё христианка, - прошептала она.

- Означает ли это, что ты собираешься принять Ислам в будущем? - прокричал он.

- Почему ты спрашиваешь меня о будущем? - она чувствовала себя обескуражено. - Я могу задать тебе тот же самый вопрос.

- Что ты в таком случае думаешь об Исламе?

Изабелла села немного прямее и ответила:

- У меня нет ненависти к Исламу, подобно тому, как меня учили. Я нахожу в нём много хорошего и много похожего на наши верования. Я...

- Хватит! - прокричал её отец. - Я знал, что это случится! Ты поддалась плоти! Этот вероотступник Умар очаровал твоё сердце и одурманил твой разум!

- Это неправда! - протестовала она. - Он – достойный человек, и, по крайней мере, моё впечатление об Исламе не было навязано им.

- Лгунья! - прокричал он и ударил ее по лицу.

Внезапный прилив холода заставил её замолчать. Секунду спустя слёзы боли, смешанные со злостью и досадой за предательство, потекли по её лицу.

- Ты слишком долго была глупой маленькой девчонкой, - сказал отец громко. - Я не позволю, чтобы все мои годы кропотливого труда над тобой в попытке вырастить тебя праведным человеком исчезли в зове плоти. Я говорил с моими соратниками и договорился, чтобы завтра же тебя забрали в монастырь!

Изабелла посмотрела на него в ужасе.

- Там ты будешь ограждена от искушений и научишься принимать Истину нашего Господа Иисуса Христа. А пока, ты будешь сидеть дома и никуда не выйдешь.

С этими словами он пошёл к двери и открыл её. Его фигура, освещаемая светом улицы, делала его похожим на дьявола, посланного мучить её. Он больше не казался ей отцом. Перед тем, как уйти, он жестоко рассмеялся и сказал:

- И, кстати, не следует больше беспокоиться о соблазне Умара, я о нём позаботился!

Он закрыл дверь. Изабелла осталась в тишине. Какое-то время она сидела неподвижно. Запах кресла проник в её дыхательные пути и вызвал тошноту. Её мир перевернулся. Острая боль в щеке давала о себе знать, но не более, чем рана в её сердце. Она знала, что отец для неё умер, его верования умерли, и – самое главное – её вере в бога-человека был конец.

Глава IX. Последняя надежда

Изабелла провела остаток дня в своей комнате. Её отец приставил охранника у входных ворот, поэтому шанса убежать не было. Еду приносила служанка, хотя было не до еды. Всё, о чём она могла думать, так только о том, что произошло ранее в этот день.

Её отец, кардинал, считался набожным человеком и священником. Как он мог обвинять её в том, в чём она не была виновна? Он собирался отправить её в монастырь на следующий день. Как она пойдёт туда? До этого момента это было для неё чем-то далеким. А теперь она предстала перед этим лицом к лицу.

Она слышала, что творится в монастырях. «Господи, убереги меня от этого! - сказала она. - Церковь запрещает монахам и монашкам вступать в брак, а они тем не менее...».

Она знала, что ей не хочется идти туда.

В тот же вечер пришла служанка и упаковала некоторые вещи Изабеллы. Изабелла смотрела в тишине, как служанка откладывала в сторону её любимые платья и отбирала лишь невзрачную одежду. «Я полагаю, монашкам не нужна красивая одежда», - пробормотала она и, посмотрев на Изабеллу, сказала: «Я лишь выполняю то, что мне сказали. В монастыре тебе ничего не понадобится, кроме себя самой и нескольких мелочей. Твоё время красивой одежды, встреч с подругами и прогулок закончено».

Изабелла упала на кровать. Закончив сбор вещей, служанка тихо удалилась и закрыла за собой дверь. В углу стояли две маленькие сумки. Осматривая комнату, Изабелла посмотрела на вещи, которые она должна была оставить здесь: свою красивую одежду, туфли и ленты. Никакие книги, кроме Библии, не были упакованы. Её гребни и украшения остались на своих прежних местах.

Она упала на подушки и не знала, плакать ли ей или вопить от ярости. Нет, это происходило не с ней! В безумстве она думала о том, что ей делать. Она должна бежать. У неё не было другого выбора, кроме как бежать. Но куда она пойдёт? Одно имя пришло ей на ум: Фрайар Майкл. Он сможет ей как-нибудь помочь. Он должен!

Времени было мало. Она должна подготовиться к побегу. Изабелла поспешно вытащила большую сумку из кладовки. В нее она уложила украшения, расчёски, два любимых платья и несколько пар туфель. Она также взяла простыню и запихнула в сумку, которая была уже битком набита. Далее, она отложила одежду, в которой собралась бежать, и на дне ящика комода она обнаружила несколько монет. Никогда не знаешь, когда тебе могут понадобиться деньги.

Все эти приготовления подняли ее дух, а также отвлекали от мыслей: как выбраться из дома. Но когда она закончила приготовления, мысль о том, как пройти незамеченной мимо охранника у двери, которому было велено не выпускать ее, вновь стала волновать Изабеллу. Зная, что другого выхода из дома не было, она села на кровать и стала думать над тем, как ей преодолеть это серьезное препятствие.

Ей никогда не удастся побороть этого крупного мужчину или ускользнуть от него. Всё это казалось ей безнадёжным. Осознавая безвыходность ситуации, она затопала от злости.

«Всевышний, - взмолилась она. - Укажи мне выход».

Прошло несколько секунд, её сердце сжималось всё сильнее и сильнее. Она было уже отчаялась… Но вдруг произошло нечто-то невероятное. Ветерок, будто на крыльях ангела, донес в ее комнату звуки Азана, призывавший мусульман на ночную молитву. «Вот оно!» - воскликнула она. Теперь она знала, что ей делать.

Она тут же подошла к миске для умывания, чтобы омыть себя для молитвы. Сделав омовение, как могла, она подошла к своему обычному месту и опустилась на колени для молитвы. Она никогда раньше не молилась так усердно. После получасовой молитвы, поклонов и просьб к Богу о помощи, Изабелла пошла спать.

Как она и задумала, ранним утром её пробудили звуки Азана. На улице было всё ещё темно, и многие спали крепким сном. «Но не мусульмане», - подумала она с гордостью. Быстро одевшись и умывшись, она схватила свои сумки и приготовилась к побегу. Окинув взглядом комнату в последний раз, которую она, возможно, никогда не увидит снова, она неслышно закрыла дверь и осторожно спустилась по ступенькам.

В доме было тихо. Даже служанка ещё спала. Подойдя к входной двери, она осторожно повернула ручку. Дверь немного скрипнула, этот звук показался Изабелле слишком громким. Но никто не пришёл. Никто не кричал: «Взять её!». Пока всё было в порядке.

Закрыв дверь как можно тише, она на цыпочках пробралась через двор к входным воротам. В проблесках рассветных лучей она едва могла различить силуэт охранника. Он спал, прислонившись к стене, и похрапывал. «Благодарю тебя, о, Всевышний!» - произнесла она про себя. Затем быстро проскользнула в темноту в направлении дома Фрайара Майкла.

Глава X. Фрайар Майкл

- Кто это, в такой-то час? - проворчал спросонок Фрайар Майкл. Стук в его дверь был громким и настойчивым. Он медленно встал с постели и, одевшись, пошёл ответить странному раннему посетителю.

Открыв дверь, он удивился, увидев Изабеллу, стоящую с сумками в руках и в накинутом на голову капюшоне. «Боже правый! Что ты здесь делаешь в этот час, дитя моё?»

Упитанный Фрайар отступил в сторону и жестом пригласил её войти. Взяв у неё сумки и плащ, он повёл её в маленькую гостиную.

- Ну, моя дорогая девочка, - начал он. - Что же стряслось, и знает ли твой отец, что ты здесь?

- Нет, - ответила она. - Мой отец не знает, что я здесь, и он не должен знать.

- Хм, понятно… Что у тебя за беда?

- Вчера мой отец ударил меня. И он заставляет меня отправиться в монастырь. Мне пришлось убежать. Я не могла больше оставаться. Он обвинил меня в том, что я непослушная дочь и вероотступница.

- А ты отступила от веры?

- Нет, в общем-то, нет. Я не знаю, да или нет. У меня есть серьёзные сомнения по поводу христианских учений, и я нашла, что в исламской вере многим можно восхищаться. Я думаю, я склонна принять Ислам. И по этой причине мой отец пришёл в ярость. Я никогда его раньше таким не видела.

- Божьи благословения. Да простит Господь, - причитал Фрайар. - Я не утверждаю, что я понимаю все тайны христианской религии, но опять же, я не подвергаю вопросу волю Всевышнего. Я уважаю твои сомнения и выбор, который ты собираешься сделать. Мы все ищем истину, и да возрадуется тот, кто её находит. Ну, и что ты хочешь, чтобы я сделал?

- Я не знаю. Я полагаю, я должна где-то остановиться или куда-то идти. В монастырь идти я не могу. Это меня убьёт.

- Или они убьют тебя, - запричитал Фрайар Майкл.

- Что вы имеете в виду?

- Ну, мне не следует обсуждать эту тему, но, учитывая то, что это может отразиться на тебе, я полагаю, ты вправе знать это. Местный приход обеспокоен количеством христиан, которые недавно приняли Ислам. Для того, чтобы прекратить это, они созвали Ордер Инквизиторов.

- Ордер Инквизиторов? Что это такое? - спросила Изабелла.

- Это тайная группа священников и их сторонников, которые распознают слабых христиан, думающих об Исламе. Они похищают их и привозят в потайное место, где заставляют, иногда с помощью пыток, признать свои грехи и подтвердить преданность Папе Римскому[17]. Лишь простая угроза быть взятым Ордером препятствует людям принять Ислам. Если они узнают о тебе, ты обречена.

- Я никогда прежде не слышала об Ордере. Если бы мой отец узнал об этом, он бы закрыл его...

- Твой отец, - перебил Фрайар Майкл, - и является главным членом этого Ордера.

Изабелла замерла в ужасе. Её отец – член тайного общества! Тот, кто похищает и пытает людей! Она никогда бы раньше не поверила этому, но после того, как она увидела ту сторону отца, о которой она раньше и не подозревала, все сказанное о нем Фрайаром показалось ей правдоподобным.

И тогда ей на ум пришла ужасная мысль. Умар! Разве её отец не сказал, что ей больше никогда не придётся думать о нём? Разве он не сказал, что он позаботился о нём?

- О, Боже мой! - прокричала она. - Мой отец кое-что сказал вчера. Он сказал, что позаботился об Умаре и что я могу больше о нём не вспоминать. Ты думаешь, они похитили его? Он в опасности?

- Я полагаю, что да, - ответил он твёрдо. - На последнем собрании в доме отца Питера твой отец прошептал мне, что если Умар не обратится в христианство, то он будет взят Ордером, и его заставят обратиться, чтобы опозорить всех мусульман.

- Вот почему ты был тогда расстроен? - встрепенулась Изабелла. - Я видела твоё выражение лица с балкона. Если они возьмут Умара, разве мусульманское правительство не пошлёт солдат, чтобы спасти его?

- Мусульманское правительство не знает об Ордере и его тайном местонахождении. Кроме того, если даже сотни солдат верхом на лошадях появятся на холме, они убьют Умара и спрячут его тело ещё до того, как солдаты смогут найти его.

- Мы должны что-то делать! Каждая минута его пребывания там грозит ему смертельной опасностью! - воскликнула Изабелла.

- Он тебе действительно дорог, дитя моё? - с нежностью в голосе спросил Майкл.

- Я... ну... - она замешкалась, но затем, набравшись уверенности, заявила: - Да!

- Тогда я помогу тебе. Давай разработаем план.

Оба проговорили до тех пор, пока солнце не взошло над горизонтом. И, наконец, прояснив ход своих действий, оба направились к Саду Джанайна. Изабелла всё время следила, чтобы капюшон не спадал с головы.

Глава XI. Заговор

На скамейке в одиночестве сидел Самир. Он ждал своего друга Умара, уже в течение часа. Изабелла, с которой у них была запланирована встреча, также опаздывала. «Аллах с терпеливыми», - напомнил он себе и начал осматривать красоту и великолепие сада. Он ждал.

Несколько минут спустя он услышал приближающиеся шаги, доносящиеся из-за угла. Но это были совсем не те, кого он ждал. Изабелла подошла в сопровождении крупного, круглого Фрайара и стала перед ним.

- Приветствую, - сказал Фрайар.

- И вам того же, - ответил шейх. - Я и не подозревал, что вы приведёте одного из своих священников для разговора. Но я не против. Только Умар ещё не подошёл. Он был в мечети на утренней молитве (Фаджр), и после этого я его не видел.

- Он сказал, куда он пошёл? - спросил Фрайар.

- Ну, он говорил, что ему нужно было встретиться с его христианским знакомым для того, чтобы посмотреть товар. Но это не должно было занять у него много времени.

Изабелла с волнением посмотрела на Фрайара. Фрайар Майкл повернулся к шейху и сказал:

- Ваш друг в большой беде. Тайная христианская группа под названием Ордер Инквизиторов, по всей вероятности, похитила его и сейчас держит в заточении.

- Но почему? - изумлённо спросил шейх.

- Так как он публично подверг сомнению христианскую религию и также потому... - он посмотрел на Изабеллу, - что он, вероятно, стал слишком много разговаривать с дочерью кардинала. И из-за этого он в опасности.

- Понятно, - ответил шейх осторожно. - Я должен немедленно пойти и осведомить вышестоящие органы об этом.

Но когда он начал вставать, Фрайар Майкл наклонился к нему:

- Пожалуйста, подождите, и послушайте, что я вам скажу.

Шейх остановился и кивнул головой.

- Если ваши солдаты попытаются спасти его, ему конец. Нужно найти другой путь.

- Аллах свидетель всего, что творится. Я слушаю.

Фрайар Майкл начал рассказывать шейху план, который они с Изабеллой разработали. Когда он закончил, шейх неохотно согласился, но с тем условием, что, если их план не удастся, он сразу же пойдёт в вышестоящие органы. И для этой цели Фрайар должен был сообщить шейху о местонахождении тайного Ордера.

Они согласовали это, и шейх ушёл, как он сказал, по важному делу. Изабелла проводила его взглядом и спросила:

- Ты думаешь, он сдержит слово и не пойдёт сразу к солдатам? Ведь теперь он знает, где расположен Ордер.

- Я верю, что он – человек слова, - ответил Фрайар.

После этих слов Изабелла последовала за Фрайаром в его дом для последних приготовлений. Вскоре они должны были проскользнуть за городские стены.

Глава XII. Поиски

После полудня солнце светило низко и освещало двух одиноких всадников. По равнине, покрытой травой, и склонам гор они мчались с головокружительной скоростью. Миля за милей, и оба въехали в безлюдную заброшенную местность. Тот, кто ехал быстрее, иногда сбавлял скорость, чтобы позволить уставшей лошади напарника догнать. Изабелла и Фрайар Майкл спешили к месту, о котором знал лишь один Фрайар.

После трех часов монотонной езды Фрайар показал знаком остановиться. Пенистый пот лошадей сверкал в сумерках. Изабеллу учили ездить на лошади, когда она была еще маленькой, но она никогда не думала, что будет нестись в заброшенное место для того, чтобы спасти человека, которого еще несколько недель назад она считала своим врагом. Но верования, которые вызывали те чувства, уже не существовали, и на их месте появились новые. Самым главным на данный момент для нее было освободить Умара.

Фрайар слез с усталой лошади, едва не сбив ее с ног своим весом, Изабелла грациозно спрыгнула со своей.

- Мы уже совсем близко, - задыхаясь, произнес Фрайар, пытаясь восстановить дыхание.

- Я готова, - ответила Изабелла.

Она последовала за Фрайаром Майклом, ведя лошадей под уздцы, пока они не подошли к небольшой полянке с деревьями. Он при